Дом моей мечты. Часть 2

На оставшейся технике красовались вместо ценников напечатанные таблички: «56 у. е», « 129 у. е»

– Мы не знаем точного курса, потому начальство указало нам убрать постоянные ценники! – пояснил высокий парень с бейджиком на груди «Николай. Старший продавец».

Я решила купить то, что нам сегодня доступно.

Вполне может быть, завтра исчезнет и этот немногочисленный товар. Продавец пересчитал стоимость магнитофона на рубли, после чего я поняла, что на стиральную машинку не хватит. Цены подскочили в четыре раза.

Но я лишила сына компьютера, надо было как-то компенсировать это.

Оплатила за магнитофон и растерянно посмотрела на оставшиеся деньги. Их не только на стиральную машину не хватит, их на булку хлеба не хватит.

Вот, времена настали! Идешь в магазин и не уверен, что тебя там ожидает!

Но как в песне поется: «Если долго мучиться, что-нибудь получится!».

Посетители стали чаще заходить в аптеку, наша реклама зазвучала в такси и в местных телеканалах. Выручка стала подрастать.

Часто с ним приезжала Стефания, похорошевшая и прибавившая в весе. Она была похожа на распустившийся бутон розы, яркий и свежий.

Молодая женщина держала на руках пухлого и нарядного Степку, поразительно похожего на Максима. Такой же продолговатый тонкий нос, узкие губы, выразительные серые глаза. Ничего от красавицы матери.

Максим бросал на малыша нежные отеческие взоры, поправлял вязаные пинетки на его ножках.

Получается, что в третий раз отцом он стал в сорок пять лет, когда его старшим сыновьям Якову и Ивану, было уже двадцать пять и пятнадцать лет.

– Будет звонить Юлька, ты меня не видела! – как обычно, предупреждал меня Максим перед уходом.

А Юля звонила часто.

Она нервно спрашивала меня: «Как, не знаешь, где он? Он сказал, что поехал в аптеку!»

– Юля, ты полагаешь, что я прячу твоего супруга? Потрудись, приехать и поискать его среди аптечных коробок, может, я его не заметила! – отвечала я.

Мне кажется, Юля чувствовала, что сердце Максима ускользает из ее семьи. Не могла не чувствовать. Но пусть они с супругом сами разбираются в своих запутанных отношениях.

В таких щекотливых ситуациях, когда дело касается только двоих, не следует входить в роль посредника, отдающего предпочтение кому-то одному или изображающего фальшивое сочувствие.