Вторжение

Ветер, уставший за ночь, успокоился, пыль улеглась, листочки на деревьях не колыхались – всё дышало мирным покоем.

Лишь четвёрке друзей отчаянно не спалось. Они решительно шагали по знакомым улицам, словно вот-вот в подворотне или за следующим поворотом появится ответ на главный вопрос – что делать? Неужели они умерли лишь для того, чтобы продолжить бессмысленную битву за «жрачку»?

– Михалыч, ты же можешь в местную полицию пойти работать, – предложил Корней, уставший от всеобщего молчания. – А что? Видал этих, которые нас повязать должны были? Не обижайся, но вылитые менты – повадки, прихваты, опять же отношение к простым людям.

– Ага, так они меня и взяли, – отмахнулся Михалыч. – После вчерашнего на пушечный выстрел не подпустят. Думаю, у них недостатка в нашем брате нет, мрут регулярно.

– Гибнут, спасая людей? – понимающе вздохнула Алина.

– Да, по-разному бывает, больше по бытовухе – кто пьяный на машине в столб въедет, кто водкой палёной траванётся.

Егор неожиданно остановился.

– Знаете, братцы, давайте лучше обсудим ближайшие планы. Если возражений нет, то я предлагаю обосноваться вон в том скверике на скамейках. А то от этой беготни и суеты мысли в кучку не могу собрать.

В рядах соратников появилась бодрость и целеустремлённость. Одно дело – шагать неведомо куда и непонятно с какой целью, другое – получить чёткий приказ и возможность услышать что-то обнадёживающее.

– Что нам известно? – спросил Егор и, не ожидая ответа, продолжил. – Мы умерли. Наши души находятся в этом мире, в нашем привычном мире, но в ином состоянии, – уточнил он. – Основа этого мира – энергия, которую нужно постоянно восполнять, чтобы не занулиться.

Он замолчал, подбирая слова.

– Мы знаем, что это не конечный мир, а лишь промежуточная станция. Отсюда можно попасть в рай или в ад. Не знаю, что это такое, и это не важно! Пока, главное, что мы почему-то не попали туда сразу.

– Грехов много? – спросила Алина. – Говорят, самоубийцам дорога в рай закрыта.

– Ага, тогда бы ты сейчас прямиком в ад попала, если верить тем знатокам, – буркнул Корней, которому слова Алины не понравились категорически.