Вторжение

Егор присоединился к ребятам, а следом подключился и Михалыч, сам ещё не пришедший в порядок.

Дети только что не светились от обилия энергии и странное дело – ребята не чувствовали убыли её у себя. Словно некая магия наполняла их по мере помощи страдающим детям.

– Я же тебе говорил, Сидоров, найдётся жила, а ты в землю ушла, самоед её пожрал. Эх, Сидоров, нету в тебе оптимизма!

– Оптимизма во мне до хрена и больше, товарищ Ложкин, но я сторонник реализма, а не шапкозакидательства. Ежели бы эти товарищи не потянули на себя поток, хрена бы жила открылась при всём твоём оптимизме, товарищ Ложкин.

Обернувшись на разговор, спасатели детей обнаружили двух электриков самого рабочего вида – с мотками провода на плечах, клещами и небольшой стремянкой. Они спокойно наблюдали что-то через чёрное стекло, периодически записывая показания приборчика, висящего на груди одного из них.

– Что, граждане, наобнимались? Уступите место специалистам, будем жилу, вами обнаруженную, к сети подключать.

– Чего находку? – почесал в затылке Михалыч. – Кабель что ли закопанный?

– В какой конторе? Что за регистрация? А сколько процентов? – от посыпавшихся на них вопросов электрики пришли в недоумение и раздражение.

– Вы читать умеете? Тут ведь русским по-белому написано, – они одновременно ткнули пальцами в плакат на стене, – что и как положено делать свежеупокоенным.

Егор мог поклясться, что только что никакого плаката на стене не было, он обладал фотографической памятью, что выручало его в случаях, когда компьютер был недоступен, а нужно было отыскать проблему в тысячах строк кода программы.

– Вы бы отошли, граждане, и детишек своих заберите, не мешайте производству работ!

Что-то бормоча себе под нос, электрики деловито втыкали штыри прямо в асфальт, соединяли их проводами с неожиданно обнаруженным в сплошной стене щитком, докладывали кому-то о подключении по телефону, вынырнувшему из той же стены, как по приказу.

– Центральная? Центральная? Девушка, что вы в разговор вклиниваетесь? Дайте мне Центральную! Кто говорит? Инженер Ложкин говорит. Что значит, все заняты? А я сейчас линию рубану, и все освободятся напрочь! Ага, кто-то уже свободен? Так соединяй, чтоб тебе пусто было!

– Алло, Центральная! Жилу на Кирова подключили.