Говорю от имени живых

Зачем я вообще реагировал на его атаку, что он мог мне сделать? Вот направь он на меня оружие, другое дело, но призраку бить живого человека кулаком – полный идиотизм. Но я ведь отреагировал! Видимо, этого он и добивался. Назвался экстрасенсом, защищайся, покажи, на что способен!

– Извини, если перестарался, ты сам виноват, боевой рефлекс, знаешь ли, – хвастун находка для шпиона, меня просто раздувало от неимоверной гордости. – Теперь можешь сказать про излучатель?

– Конечно, пробовали, – он сморщился, как от зубной боли, – результат нулевой.

Хотя, я точно знаю, их разрабатывали не для полицейских операций, они должны были входить в боевой комплект.

– Боевой комплект чего?

– Чего надо, – буркнул Морпех, явно ляпнувший лишнее. – Не мои секреты, экстрасенс.

– Но ты понял, что сейчас оружие работает иначе? Ворона совершенно точно живая, я тебе, как экстрасенс говорю, – авторитетно заявил я, провожая взглядом улетающую птицу. – Расскажешь об этом своим людям? Ты всем доверяешь в своём отряде?

– Нет!

Чего нет? Не расскажет или не доверяет? Хотя, это уже его дело, главное, что пока все остальные, а их, скорее всего, гораздо больше, чем сейчас в садике, об этом не знают.

Могут использовать случайно, не связать со своими действиями, не придать значения. Но и мне теперь нужно быть настороже, кто знает этого Морпеха, вдруг я для него теперь главный враг?

– Ты видел, как они цепляют жертву? – неподдельный интерес в голосе Морпеха насторожил меня. – Это сложно?

– Нет, такое ощущение, будто знают, как это делается, – признался я, чувствуя холодок, пробежавший по спине.

 – Если жертва не имеет сил сопротивляться, всё проходит быстро, как высморкаться. Иначе им приходится побарахтаться. Видел случаи отторжения, думаю, с детьми всё намного проще, поэтому они и прут сюда, как мухи на мёд.

– Миша, может быть, это не моё дело, но ты долго ещё будешь разговаривать с нашими невидимыми друзьями? Ничего не хочешь рассказать? Мы же волнуемся, – Светка выразительно посмотрела на стоящую рядом с ней Катю.

Женская солидарность, блин, та согласно кивает, словно они подруги сто лет и давно заключили пакт о моём подчинении их воле.

– Всё в порядке, девочки, – максимально бодро ответил я. – Мужики будут охранять периметр, оружие я им заряжу в любой момент, так что причин для волнения нет, ничего с детками не случится! А вечером их разберут родители!

Естественно, я деликатно умалчиваю, что с ними будет потом, когда они окажутся вне нашей защиты.