Говорю от имени живых

Идиот, Миша, ты же своими глазами видел, барьер их не принимает! Расслабился, дурак!

Вы когда-нибудь удаляли себе аппендицит? Я тоже не пробовал, но совершенно точно могу сказать – крайне неудобно и отчаянно больно. Сознание мутится, а ты должен контролировать каждое движение, иначе зарежешь сам себя. Отцепись, дрянь! Не хочешь? А так? Втягиваю энергию из души бомжихи, заставляя её ослабить железную хватку, затем резко дёргаю и едва не теряю сознание от дикой боли. Спокойно, Миша, ещё чуток продержись, ты сможешь!

– Молодой человек, с вами всё в порядке?

Кто это? Кому это говорят? Все отстаньте, мне ещё пластырь ставить на разрыв стыка! Боже, как же больно! Никогда бы не стал этого делать с теми солдатиками, если бы знал, что они испытывают! Качаем энергию и держим эту падаль крепко, чтобы ещё кого не укусила.

– Очнитесь, молодой человек!

Ага, спасённая спасает спасателя – прям скороговорка какая-то. Но в чём-то она права, мне нужна встряска, чтобы мысли встали на место, иначе я ещё долго могу витать в облаках абстрактных рассуждений.

– Спасибо, всё хорошо, девушка! – успеваю перехватить её ладошку, зашедшую на очередной хук. – Сами как себя чувствуете, доберётесь до дому? Вам куда? Если по дороге, можем подвезти! Правда, шеф?

– Если претензий нет, поехали! – в голосе водителя явное облегчение.

Разборки с гаишниками, наезд на пешехода, аварийная ситуация или просто поехали? Дурак не согласится! Он уже мысленно подсчитывал убытки, прощался с правами, ждал вызова в суд, а можно всего лишь подвезти.

– Девушка, садись в машину, поедем, куда скажешь! Денег не надо, хорошо, что живая! – доброта таксиста не знает границ.

Вот только что мне делать с этой бандиткой, которую я до сих пор удерживаю на привязи. Вон как глазищами сверкает, мат на мате, визжит, как свинья, хорошо, что никто не слышит. Машина не успевает стронуться с места, как нам в зад кто-то въезжает – конкретно, с хрустом, безо всякого визга тормозов.

Мама дорогая, хорошо, что все живы, хотя за того, кто в нас прилетел не ручаюсь – лицо на руле, кровь стекает ручьём из разбитой головы. И причина аварии до обидного понятна – душа, пытавшаяся его атаковать, трусливо удирает прочь, мёртвое тело ей без надобности. Родная душа тоскливо озирается по сторонам, замечает себя в машине, понимает, что это смерть и без сил опускается на асфальт.