Без царя в голове. Боевая фантастика

Может быть, в подобных заведениях и не было принято, чтобы менеджер из-за стойки выбегал по всякому вызову, но во сне Ивана выбежал он резво, разве что не подпрыгивал на бегу.

– Чего изволите? – изогнулся угодливо, глазами клиента ест, планшетка терминала замерла под напряженными пальцами.

– Изволю вот это все на счет закинуть в банке! – лениво сквозь зубы процедил Иван, засовывая в кармашек менеджера крупную купюру.

– А с камушками как быть? Прикажете оценщика вызвать?

– Долго это?

– К утру прибудет, только прикажите?

– К утру-у-у? Нет у меня столько времени тут сидеть, давай на глазок, сам прикинь что почем.

– Дурак, что значит на глазок? – всполошился внутренний голос. – Ты хоть представляешь, сколько эти камушки стоят? – орал он возмущенно. – Он своим глазком тут разом ополовинит.

– Слышь, браток, – не слушая голос, Иван притянул менеджера за лацкан пиджака к себе поближе. – Конвертик у тебя есть при себе?

– Как не быть, все к вашим услугам, господин Вельде! – расплылся в угодливой улыбке менеджер.

Иван бросил в конверт пачку купюр, незаметно сунул среди них закладную и быстро заклеил конверт. Вытянув из нагрудного кармана менеджера ручку, нацарапал адрес доставки.

– Это отправишь гиперпочтой, вот тебе, братец на расходы и сдачу оставь себе! – Иван хапнул из кучи пачку ассигнаций и пихнул их в карман менеджера. – Не доверяю я этим банкам, наличность оно надежнее. Но тут выбирать не приходится.

– Что же ты творишь, подлец? Не ты деньги зарабатывал, что же транжиришь направо налево?

– А не заткнуться бы тебе? – раздраженно рявкнул Иван, не привыкший, чтобы внутренний голос вступал с ним в пререкания.

Ну, бывалоча спорит, этого не отнимешь – две бутылки брать или четыре? Но не до такой же степени хозяину отпор давать. И дураком обзывать не позволительно даже внутреннему голосу.

– Давай сюда планшетку! – он выдернул расчетный планшет из рук менеджера и наморщил лоб, словно что-то припоминая.

А в голове пустота – молчит внутренний голос, не подсказывает. Что за незадача? То трындит, как баба в магазине, то молчит, как рыба об лед. И ведь, что интересно, когда ему надо, он выступает, когда ему перечат – молчит. Кто именно «он», Иван так и не уточнил, хотя, как он понимал ситуацию, все это время спор шел с самим собой.

– Ты чего молчишь-то, – поинтересовался он у голоса.

В ответ тишина, пропал внутренний голос, словно в болоте утонул.