Мастер. Размышления о величайшем творце

Он так и не догадался, что заставило осторожную тварь выползти из сада, именно в том месте, где охотился первый человеческий сын.

Радость Рождающей и Землянина была безграничной, празднование этого события длилось не одну неделю, а после продолжительного веселья, глава семейства произнёс:

– Отныне будем каждый год отмечать этот праздник, чтобы всегда помнить моего сына, который уничтожил злобного змея, из-за которого мы были изгнаны из сада наслаждения. А также его мать, которая всегда верила в то, что наш первый сын обещанный потомок.

– А я предлагаю в этот день вспоминать и об отце, который заботится о нас и наделил меня жизнью, – и довольный таким вниманием к себе, Произведённый обнял Землянина и громко закричал, – Хвала отцу и матери!

– Хвала отцу, матери и сыну! – подхватили его крик другие члены многочисленной семьи.

Наблюдая за этой картиной, противник Мастера довольно потирал ладони:

– Ну вот и чудненько, теперь будем ждать новых поколений, когда эта история станет легендой, можно будет подумать, как в неё Мастера вплести, точнее себя, ведь это я всё придумал и осуществил.

Через мгновение эта мысль уже была на языке виновника торжества, поднимая очередной бокал с вином, он громко крикнул:

– Хвала Мастеру, который вывел змея из сада прямо на меня!

– Хвала Мастеру, отцу, матери и сыну! – кричала опьяневшая толпа.

– Причём тут змея, ведь она не человек, скорее всего, какой-нибудь ангел воспользовался ею, – думал младший брат Произведённого, сидя в стороне от пирующего семейства, – А если это так, то вряд ли Мастер погубит невинную тварь, не для этого Он её создавал, что-то здесь не так! Искать виноватого легче всего, а признать свою вину намного труднее.

21. Жертвы

«Спустя некоторое время Каин принёс плодов земли как приношение Иегове. Авель же принёс несколько первенцев из животных своего стада и их жир.

    (Бытие 4:3—5 ПНМ)

Младший брат Произведённого много размышлял, пася стада своего отца на травянистых полях прекрасных горных долин, недалеко от их поселения. Он думал о Мастере, вспоминая рассказы отца и матери о жизни в саду наслаждения, мечтал туда вернуться.