Часовой механизм любви

Он убегал от этого холода, закапывался в работу, неистово совершенствуясь в профессии, но через какое-то время холодный голос в трубке приказывал ему, и он повиновался.

– Все, больше этого не будет.

Мать умела находить кнопки, нажимая на которые, она с легкостью добивалась от него того, чего ей хотелось. Она словно удавку затягивала на его горле: потянет – отпустит, чтобы дать ему сделать вдох, а то и понадеяться, что дальше все будет хорошо, и снова затянуть, как раз в тот момент, когда он решил, что соскочил с крючка.

И после двух месяцев в Александровске Егор знал, что она позвонит, потому что удавка ослабела настолько, что он решил – все, жизнь как-то можно наладить.

– И ведь знаю ее, хорошо знаю. – Егор снова поднялся и пошел в гостиную. – Черт, что я здесь забыл?

Совсем измучившись, он открыл компьютер. Форум засветился знакомой заставкой, Большой Брат в главном разделе доказывал остальным, что они не правы и метафизика – просто измышления для незрелых умов, а остальные соглашались и не соглашались, Стая тоже была здесь – и Егор совсем уж собрался ввязаться в спор, но потом подумал: а смысл? Все эти вопросы волновали граждан и двести, и две тысячи лет назад, и ничего нового они не изобретут, разве что переругаются, дело просто в подходе.

Когда-то отрицание существования Бога вело на костер, потом утверждение существования Его же вело примерно к тем же результатам, и люди самозабвенно дрались вокруг этой темы, а сейчас драки просто переползли в вирт, там как-то проще, но суть дела не меняется. Люди живут и умирают, а вопрос остается открытым.

Закрыв компьютер, Егор решил немного прогуляться. Еще не так поздно, одиннадцатый час, можно походить, успокоиться, посидеть в кафе, выпить какао с тортом. Снотворного больше не будет, хватит. Даже бутылочку выбрасывать не станет, пусть стоит в шкафчике, где стояла, он просто не будет больше его принимать, и все.

Егор натянул джинсы, достал из шкафа теплую короткую куртку и, накрутив на шею шарф, вышел, оставив в передней свет небольшого бра над столиком для ключей.

Мартовская ночь ударила его холодным ветром, но в голове прояснилось, и Егор зашагал по улице, ища открытое кафе. Их оказалось достаточно много, молодежь входила и выходила, и народу на улице было вполне приличное количество, что удивило Егора. Он уже не помнил, когда вот так гулял, сидел в кафе, сжимая в руках кружку горячего какао.