Соловецкие этюды

«придурок» на лагерном жаргоне), никогда не мерзший в соловецких болотах и на лесоповале с остальными заключенными, или великий ученый из плеяды выдающихся богословов, философов и естествоиспытателей? Непризнанный гений? Горячо любимый муж и отец?

Флоренский родился в январе 1882 года в Азербайджане, где его отец строил участок Закавказской железной дороги. С раннего детства мальчик проявлял большой интерес к геологии и физике, поэтому для него не составило большого труда поступить на физико-математический факультет МГУ.

Октябрьская революция внесла в его жизнь серьезные коррективы. Академия переехала из Сергиева Посада в Москву, и Павел Флоренский сначала работал в комиссии по охране памятников Троицко-Сергиевой Лавры, а затем – профессором Высших художественно-технических мастерских.

В то время он действительно был близко знаком с Львом Троцким и тесно сотрудничал с ним. Часто его, одетого в рясу, видели с Троцким с одной машине. Поэтому неудивительно, что летом 1928 года Флоренский был арестован и сослан в Нижний Новгород. Однако в том же году по ходатайству влиятельных знакомых в Москве возвращен из ссылки и восстановлен на прежнем месте работы.

После этого в печати против ученого развернули кампанию ожесточенной травли, которая привела в 1933 году к его повторному аресту по ложному обвинению и высылке на Дальний Восток – в один из лагерей БАМЛАГа ОГПУ.

Дочь Флоренского Ольга записала тогда в своем дневнике: «Папу арестовали 25 февраля 1933 года в Лефортове. Взяли рукописи, часы, серебряные ложки… А через некоторое время, примерно через неделю (папа был еще в тюрьме), увезли книги… Нагрузили книгами целую машину с верхом. Описи не сделали. Кабинет опечатали с тем, что вскоре снова приедут… Больше не приезжали».

Почти год проработал Флоренский на опытной станции в Сковородине, сырой и мерзлотной. В лагере ученый сильно заболел, у него началось воспаление нервных стволов. Эта болезнь всегда сопровождается постоянной и невыносимой болью в области всего позвоночника. Следователь же, знавший о его недуге, постоянно издевался над ним, приговаривая: «А я еще так сделаю, что и моча тебе в голову ударит».