Хааг и наследие Владыки

– Точно, архиепископ же возглавлял вторую волну атаки во время прорыва.

И как будто бы по заказу, в зал вошла группа людей в рясах в сопровождении паладинов. Впереди всех шел архиепископ в золотых одеяниях. Остановившись посередине зала, он быстро осмотрел округу и спросил у епископа, стоявшего по его левую руку:

– В живых никого не осталось?

– Да, все герои погибли.

Чтобы дать пришедшим знать, что он все еще жив, из последних сил юноша постарался пошевелиться. Это вызвало еще одну сильную вспышку боли на грани потери сознания.

– Ваше преосвященство. По–моему ваш приемный сын еще жив. – Позвал архиепископа кто–то из его свиты.

Обернувшись, высший иерарх церкви пяти начал медленным шагом подошел к трону и, задрав полу вышитой золотом рясы, носком сапога пнул лежащего юношу под ребра.

– Архх. – Вырвалось у того.

Кое–как разлепив залитые кровью глаза, он постарался более–менее ясно посмотреть на склонившегося над ним иерарха, приходившегося ему приемным отцом.

Архиепископ, дотронулся до его лица своей сухой угловатой ладонью и сказал.

– Так ты выжил сын мой. Отлично постарался, церковь никогда не забудет вашей жертвы.

После этого он чистой рукой достал из кармана белоснежный платок, и вытер им испачканную в крови ладонь, после бросив его на грудь умирающего юноши.

– Добейте. – Приказал он холодным, строгим голосом паладинам из свиты и пошел прочь.

Все еще не веря ни словам архиепископа, ни своему слуху, который, казалось бы, его подвел, юноша спросил:

– Почему, отец?

– Церкви не нужны герои, церкви нужны мученики.

 – Остановившись на миг, произнес, не оборачиваясь, архиепископ.

Это была жестокая правда, которая окончательно сломала психику юноши. Будь он в менее беспокойной обстановке, то понял бы с самого начала, что церковь его попросту использовала, как и всех его друзей. Но сейчас, на грани смерти, потеряв в одночасье все, что было ему дорого, горячая волна ярости затмила его разум. Чувствуя приближение солдат божьих, он стал собирать в себе магическую энергию, по крупице выдавливая ее из своего полумертвого, израненного тела.

Магии не хватит для противостояния новому врагу, но может получиться сбежать? Он чувствовал не только восьмерых подошедших паладинов, которые уже занесли свои мечи над ним, но и едва различимое журчание воды под полом. Направив собранные крохи магии в заклинание, он разрушил мраморную плиту под собой, изменив плотность камня.