Путешествие на Южный полюс

Тот же, не желал останавливать свой монолог и продолжил:

– Завтра утром мы будем стреляться на окраине Лесного парка. Даю вам право выбрать оружие, – закончил наконец он.

– Пистолеты, – спокойно произнес Ларс Нансен.

– Будь по-твоему! Господа! – обратился он к остальным, – кто желает быть моим секундантом?

– Это можно, – принял предложение Самерсон.

– А я могу быть Вашем секундантом, господин Нансен, – предложил я зоологу. Тот кивнул головой, встал и вышел из клуба. Я спешно попрощался со всеми и выбежал на улицу в надежде догнать норвежца.

– Господин Нансен, – обратился я к нему, – не думаю, что Кочетков поступил разумно, вызвав Вас на дуэль.

– Почему же? У него наверняка были основания, – усмехнулся он, потирая усы.

– Да, но поступил он по-свински, оскорбил Вас, ему самое место в свинарнике, – я старался подбодрить иностранца, полагая, что ему нужна поддержка. Но вскоре я понял, что поддержка скорее была нужна мне, ведь я почему-то беспокоился за Ларса Нансена.

– А где находится Лесной парк?

– Не волнуйтесь, завтра я проведу Вас туда. Полагаю, что нам нужно условиться о встрече.

– Несомненно.

– Тогда завтра рано утром, в половине пятого, я заеду за Вами…, – я не закончил предложение, как бы спрашивая своего нового друга, куда мне завтра за ним заехать.

– Боткинская 6е, – четко сказал он и попрощавшись сел в экипаж.

Что касается меня, то я отправился к себе домой, чтобы продумать весь план завтрашнего мероприятия. Я был обеспокоен и боялся за норвежца и Кочеткова, хотя он и не был никогда хорошим человеком, все же он был человеком. Однако у него было преимущество перед зоологом, поскольку он являлся егермейстером и в совершенстве владел любым огнестрельным оружием. А что мог простой зоолог и моряк против такого соперника? Вся надежда была на удачу и только.

Через час после того, как я вернулся домой, ко мне пришел Самерсон для подписания протокола встречи. Мы обговорили все условия дуэли и занесли их в протокол.

– Вся эта затея с дуэлью кажется мне неразумной, – сказал я своему другу.

– Я солидарен с тобой. Но мы ничего не можем поделать, нарушение дуэльного Кодекса недопустимо, – с сожалением сказал Самерсон. Он подал мне перо для подписи.