Посредник

Но не идти, же нам с этим в столовку, – Смирнов умело открыл пакет и поставил на стол пластиковую бутылку, несколько упаковок с синтетическим мясом и завернутый в пластик кекс.

– На, ешь, – он протянул Акушкину кекс.

– Ты что, дорого! – Вася оттолкнул кекс.

– Как знаешь.

Смирнов глубоко вздохнул и положил кекс на пластиковую столешницу.

Помолчали.

– А, я часто здесь кексы сыну покупал, – Смирнов встряхнул бутылку и стал раскрывать упаковки консервов, – и сегодня хотел купить. Рабочих часов все равно столько, что девать некуда.

– А что все это за рабочие часы продают, – поинтересовался Вася, но кекс не взял.

– Ага, за рабочие, – сварщик Смирнов закончил открывать пакеты с консервами, – но у них лимит – один их час за тысячу наших условных рабочих.

– Да?

– Да. Но ты бери, ешь, – казавшийся Васе все более странным Смирнов открыл бутылку и хлебнул из горла.

Василий осторожно взял кекс и переложил рядом с собой.

– Ты не думай, – Смирнов хлебнул еще, – я нормальный. Не из этих жопашников и ненормальных, кто и с собаками и с бабами, и с мужиками и со стенами. Нормальный я. Как этот стол. Плоский, прямой и нормальный. Но в последнее время как-то пусто. Жизни нет. Как сына забрали, так дома не сидится. Работаю, а все бестолку. Иногда и пью.

Вася и Смирнов тягостно помолчали.

– А чего их не разгонят, – ни к селу, ни у городу поинтересовался Василий.

– Кого, – Смирнов стал жевать искусственный хлеб.

– Да всех тех, кто здесь фарцует, – Василий употребил это тайное слово, которое он слышал не один раз из тихих домашних разговоров.

– Ха! Разгонят, – Смирнов откинулся на табуретке и приткнулся к стене, – так здесь отовариваются многие важные шишки. Здесь место смычки рабочих и тунеядцев. Важнейшее место.

– Зачем? – непонятливо спросил Вася.

– Как зачем? – Смирнов странно повеселел и подобрел от алкоголя, – они меняют здесь свой продпаек на рабочие часы.

– А что так можно? – поинтересовался Вася.

– Можно, у нас все можно, – весело ответил Смирнов, – для определенных лиц можно все. И любовницу завести. И любовника. И ребенка не в школу, а сразу в лицей пихнуть. И самому в солнечной комнате жить. Все можно.