Агата

В оконной раме внезапно развалились стекла, на голову посыпалась штукатурка из стены. Включил свет, полез разбираться, и выколупал из стены вот это, – он показал рукой в сторону выложенных на стол пуль. – С большой долей уверенности, можно сказать, что это был ДШК.

– Вы здесь без семьи? – уточнил посол.

– Я холост, проживаю один. Поэтому, слава богу, никто не пострадал. Однако моя квартира серьезно повреждена. В окне сломана рама, в стене несколько глубоких дыр.

– Завхоз и инженер уже видели? – поинтересовался посол у советника, отвечавшего за вопросы жилищного фонда.

– Да, конечно, – ответил тот. – Уже составлена примерная смета ремонтных работ, но они потребуют времени. К тому же подходящие стройматериалы не всегда можно легко и быстро добыть на местном рынке. Поэтому две или три недели это займет, скорее всего.

– Тогда нужно предоставить человеку другое жилье на это время, – попросил Владимир Петрович.

Советник помедлил с ответом.

– Честно говоря, тут есть небольшая проблема.

Свободных мест у нас на территории посольства сейчас нет. Поэтому все что приходит на ум – временно отселить его к такому же одинокому, как и он, атташе Михаилу Лягину, который занимает двухкомнатную квартиру – неуверенно закончил советник и, как будто спохватившись, добавил, – если, конечно, сам Михаил не будет против и войдет в положение товарища.

Несколько десятков глаз устремились на Лягина, которому ничего не оставалось кроме как кивнуть и тихо ответить: «Да, конечно.

Приютим, если нужно».

После этого он виновато посмотрел в мою сторону, но я поспешил показать взглядом и слегка разведенными в сторону руками, что его вполне можно понять и волноваться за срыв данного мне обещания не стоит.

Заседание кризисного штаба продолжилось подробным разбором складывающейся в стране – и, в частности, в столице – тревожной обстановки.

? ? ?

Я приехал в аэропорт намного раньше времени приземления самолета Агаты не только потому, что мне не терпелось увидеть ее.

Во второй половине дня Алексей Евгеньевич сообщил, что ему хоть и не без труда, но все же удалось договориться об отправке сына Джаъафара Шараф-ад-Дина на учебу в Россию.

– Мордовский государственный университет имени Огарева, – внимательно прочитал консул название вуза в своей записной книжке и, подняв на меня глаза, добавил. – Нам нужно будет заблаговременно отправить досье в Москву, пока это место не отдали кому-нибудь другому.