Взаперти. Эволюция

А как только поймёт, что силы его покидают (нельзя же сутками напролёт не спать), то попытается взорвать все тут к чёртовой матери или спалить оружейку, естественно, отдав себя в жертву.

Боевых гранат в оружейке СИЗО №1 города Саратова естественно не было, все светозвуковые гранаты забрали в баню зеки, зато было полно патронов к АК-74М, стандартного оружия для несения караульно-охранной службы. Когда наступал спокойный период, и зеки не пытались подобраться к нему, Николай с помощью выдвижного ящика, куда зажимал пулю, вынимал её из гильзы, а порох, что находится внутри, высыпал в цинк из-под патронов.

Порох в боевом патроне является взрывчатым веществом и горит очень хорошо. Стоит его поместить в твердую оболочку и поджечь, желательно с помощью фитилька, взрыв будет знатным, да и пожар гарантирован.

Из чего сделать импровизированную бомбу Николай ещё не решил, но ресурса в виде патронного пороха для неё решил набрать побольше, благо патронов было очень много. Хотелось, чтобы взрыв разнес всё находящееся в оружейке на атомы, приведя в негодность боеприпасы, еду, воду, а лучше вообще сложил стены вокруг.

Такой взрыв должен убить Николая быстро, и он не почувствует боли. Нервы не успеют передать сигнал в мозг, так как некуда, да и нечему будет, что-либо передавать. От этих мыслей становилось грустно, но себя уже не было жалко, просто не хотелось помирать в луже собственной крови, собирая с пола свои кишки, выпущенные с помощью ножа, на потеху уродам, что пытались прорваться в оружейку.

Когда он понял, что зеки покинули СИЗО №1, Николай набрал пороху никак не меньше трёхлитровой банки, вокруг валялись просто горы разобранных патронов, он буквально сидел на пустых гильзах. Первым предзнаменованием, что он остался один, а враги, для которых он готовил взрывной сюрприз уехали в неизвестном направлении, было появление животных возле решётки окна оружейки. В коридоре послышался хруст костей, треск рвущегося мяса, животные поедали своих убитых товарищей, а значит тот гнилостный запашок, что стал появляться в воздухе, скоро исчезнет, нечему будет гнить.

То, что животные не смогут сломать железное заграждение, он не сомневался: тут нужен был другой подход. Тупой и грубой силой вырвать толстые металлические прутья – очень затруднительная задача.

Но подкралась другая беда. Он уже настолько привык к мысли, что ему вот-вот суждено умереть, что, осознав, что беда его миновала и ему суждено ещё какое-то время пожить, Николай впал в депрессию.