Страх в городе

 – Не увертывайся, поганец!

Инесса перехватила увесистую кисть разъяренной секретарши:

– Татьяна, прекрати. Ничего же не произошло. Ну, погулял немного. Вы его бедного и так замордовали. У детей каникулы в разгаре, а ребенок, будто каторжанин. Бассейн, иностранный язык, художественная студия. Осталось в хор запихнуть, и он от вас на край света сбежит. Не ты ли ныла, что Наталья ему шагу без контроля сделать не дает?

– Это было раньше. – Секретарша, задыхаясь от переполняющих ее

эмоций и произведенных в запале резких телодвижений, упала на стул.

 – А

сейчас, после… – она заплакала, и внук, прятавшийся за спиной Инессы, тут же подбежал к ней, прижался, клятвенно заверяя:

– Бабуля, я больше не буду!

– Врешь. Небось, понравилось принимать самостоятельные решения? —Татьяна Ивановна вытерла слезы и приподняла подбородок мальчика. В открытых нараспашку детских глазах прочитала ответ. – Понравилось. А тебе что говорили? Без спросу никуда не ходить и с незнакомыми людьми не общаться.

Никогда и ни при каких обстоятельствах.

– А со знакомыми?

– С теми, кого хорошо знаешь, можно. Например, с тетей Инной. – Провалившая доверенное невесткой поручение Васильева посмотрела на начальницу: – Теперь бабке достанется. Полетят клочки по закоулочкам. Эх, если бы Наташка не пошла работать! А, с другой стороны, куда деваться? На Сережкину зарплату и наши с дедом крохотные подачки не разживешься. Вот и перекидываем мальчишку с рук на руки.

– Наймите почасовую гувернантку.

Услуги студенток из пединститута довольно-таки дешевы.

Татьяна Ивановна вылупилась на хозяйку «Галатеи», как на сумасбродную барыню, которая не в состоянии осмыслить ее семейную проблему. Саркастически усмехнулась:

– Предлагаешь шило на мыло поменять? Тогда уж пусть Наталья дома сидит, чем волноваться из-за финтифлюшки с кавалерами в голове. А лишних денег, извини, у нас нет.

– Давай я буду оплачивать. Мне Павлушка, вроде, не чужой. Забыла,

кто твою сноху в элитный роддом устраивал? Если бы я целенаправленно не била в одну точку и не довела до исступления Полякова, Александр Осипович и пальцем бы не пошевелил.

Он ведь, как ненормальный, мне в трубку орал: «У нас все кончено! Не приставай! Нужно было раньше думать, когда на развод подавала». А дел-то: всего лишь прогнуться перед бывшей любовницей – гинекологичкой, которой я предлагала уступить его за пятак. Он мне этот пятак до сих пор простить не может.

Женщины расхохотались.