Встреча в пути

Подумалось: « Это моя душа ушла в пятки» и дышать стало трудно.

Я схватила полотенце и выскочила в коридор поезда.

Как обычно, в туалет стояла очередь. На этот раз не большая, всего из трех человек. Ожидающие тоже держали на плечах полотенца, в руках у них были упаковки зубной пасты, расчески.

Они держались за поручень и равнодушно смотрели в окно.

Я простояла минут двадцать, пытаясь понять, что происходит со мной. Почему этот совершенно незнакомый лысый мужчина в купе так воздействует на меня своим присутствием? Надо успокоиться и направить свои встревоженные мысли в прежнее русло.

Наконец, подошла моя очередь.

Защелкнув задвижку двери, я посмотрела на себя в зеркало и сразу пожалела об этом. Помятое бесцветное лицо, всклокоченные волосы и покрасневшие глаза.

Мне отчего-то захотелось понравиться своему соседу по купе.

«Это смешно, Лита!» – сказала я своему невзрачному отражению.

Причесалась, освежила лицо холодной водой и на ватных ногах вошла в купе.

Сосед окинул меня взором, доброжелательно улыбнулся и предложил : «Давайте знакомиться! Меня зовут Виктор».

– Аэлита , – ответила я дрогнувшим голосом.

Он не задал обычного вопроса, типа, откуда у меня такое редкое имя. Моя мамочка, обожающая фантастические романы, одарила меня этим именем. Потому я обречена на такие вопросы и всякий раз раздражаюсь, услышав их.

Через десять минут Виктор организовал чай, который нам принесли молниеносно.

Мы стали неспешно разговаривать.

– Как-то ненавязчивый дорожный сервис превратился в просто фантастический! – отметила я, поймав любезный взгляд проводницы, направленный в сторону Виктора.

– Ничего удивительного. По рабочим делам приходится часто ездить в этом вагоне! Мы с партнерами строим завод по производству фанеры. Потому плотно общаемся с производителями древесины. Я наперечет знаю все местные леспромхозы… – улыбнулся Виктор.

Но я-то тоже знаю, сколько не езди, рискуешь вызвать только раздражение у вагонного персонала. Тут дело в другом.

Я увидела, как он незаметно положил что-то в карман фартука молоденькой проводницы. Она чуть кивнула в знак благодарности.

Я говорила с Виктором и боялась взглянуть ему в глаза. Внутри меня клокотал Везувий и Крокотау, вместе взятые. Мне казалось, что внутренняя дрожь, охватившая меня, сотрясала вагон.

Если я посмотрю на него, он поймет про меня всё. Ещё бабушка в детстве говорила, что хотя я могу ловко соврать, но мои глаза всё выдадут.