Метро 2033. Цена свободы

Антон?

Михей пытался сопротивляться, но его подхватили под руки и поволокли в темный угол барака, в подсобку. Парень вдруг отчетливо понял, что сейчас свершится самосуд, и никто ему не поможет. Михей попробовал извернуться, лягнул кого-то. Полилась отборная ругань.

– Ах ты, гад! – кто-то из противников сунул ему кулак под ребра, и парень, только что обретший возможность дышать, снова подавился криком и засипел. И вдруг почувствовал у горла холод металла.

– Готовься, сейчас на ремни тебя порежу! – прошипела темнота голосом Антона.

 – Это тебе за вчерашнее ползание, утырок!

От очередного удара у Михея поплыли перед глазами круги. Он повалился, но невидимые мучители снова подхватили его, поставили на колени. Парень почувствовал, как по губам потекла кровь.

– Держись! – прошипел невидимый Антон и схватил Михея за волосы. Парень зарычал и сумел-таки выплюнуть кляп. И в этот момент с улицы долетел тревожный звон рельса.

– Что за… – начал было рассерженный Антон, но тут же в ночи заполошно зачастил автомат.

А следом в барак вломился запыхавшийся зэк. Вспыхнул свет, лезвием полоснув по глазам.

– ТРЕВОГА! – заорал прибежавший, срываясь на фальцет. Барак зашевелился, с нар стали соскакивать перепуганные и сонные люди. Где-то на дальнем краю зоны вновь захлопали выстрелы, зачастил пулемет.

И в Михея словно плеснули сил. Он вскочил и кинулся к Антону, врезался в него всем телом. Враг выматерился и упал на своего товарища, сшибая того с ног. А парень диким прыжком перескочил через поваленных противников и рванул к выходу.

Глава 3

Прорыв

Барак вмиг ожил, и людская масса взбудораженно зашумела и зашевелилась. Зэки спешно напяливали рванье, испуганные взгляды шарили по лицам товарищей. Со всех сторон посыпались вопросы:

– Что случилось-то?

– Почему звонят?

– Пожар, что ли? А чего тогда стреляют?

– Та-та-та-та-та, – снова застучал в ночи пулемет. Подбадривая его, слаженно залаяли со стороны площади автоматы. Звук колотился в стены, и в ночном воздухе над зоной летало гулкое эхо.

В душной утробе барака еще воняло старой, прогнившей жизнью, а снаружи ломилось нечто новое, неизведанное. И словно ночным ветром из стылой темноты в распахнутые двери повеяло свободой.

– Говорят, дикари напали. Их там целая орда!

– Вот так свезло. Из огня да в полымя!

– Мужики, чего делать-то будем?

– Конвойных нету! – заорал кто-то. – Драпать надо отсюда!

Неожиданная новость взбудоражила заключенных.