Шанс. Выполнение замысла. Сергей Савелов. Книга 3

Косточки там слабые. Не останавливаясь, основанием ладони бью (толкаю) в лоб удобно присевшего противника. Добивать его не хочу – тот и так выведен из строя надолго. От толчка парень опрокидывается на спину, не выпуская ногу и матерится, проклиная меня и угрожая.

– Выздоровеешь, приезжай в наш колхоз, потренируйся. У нас любой салабон таких как ты пачками валит, – сообщаю противнику с насмешкой. – Конфликт исчерпан? – обращаюсь к остальным.

Ребята молчат и переглядываются. Видимо лидеров, кроме поверженного не осталось, а тот, возмущенно с земли начинает упрекать друзей в предательстве за то, что они не хотят вступиться за него и отомстить чужаку.

– Будь мужиком, – упрекаю длинного. – Раз сам не смог, то нечего других подставлять. Я ведь и покалечить могу, – предупреждаю всех. – Надеюсь, в милицию жаловаться не будешь? – интересуюсь.

В ответ лишь слышу, как меня посылают на …

– Я ведь тебя предупреждал – следи за базаром! За свои слова ответить можешь, – заявляю решительно и делаю шаг вперед.

Длинный, увидев мое движение сжался, ожидая удара.

– Не надо! – слышу вскрик девчонки за спиной.

Гляжу на зажавшегося парня и замечаю страх в его глазах. Поворачиваюсь к остальным.

– Я ни с кем не собирался ссориться. Выполню свои дела и вскоре уеду, – сообщаю. – «Давайте жить дружно!» – предлагаю словами кота Леопольда и улыбаюсь. – Пока! – прощаюсь и направляюсь домой.

Дома подвергаюсь придирчивому осмотру и допросу. Как могу, успокаиваю переживающую родственницу.

Отступление.

Григорий Васильевич был выбит из привычной колеи сообщением этого никому не известного подростка. Сначала он испытал сильное недоверие к написанному, вплоть до желания разорвать бумажки и забыть все, как злую и глупую шутку, потом понял, что забыть уже не сможет. Работая, читая документы, встречаясь и разговаривая с людьми, друзьями и коллегами, старый коммунист непроизвольно пытался оценить человека с учетом прочитанного о будущем. Неоднократно доставал листочки и перечитывал, пытаясь найти скрытый смысл и понять, о чем Соловьев не сообщил или исказил.

Оценив и посмотрев на все вокруг с другой точки зрения и другими глазами, он пришел к выводу, что многое в записках подростка является правдой. Жуткой, нежеланной, неприятной, но правдой. Все-таки находясь на высоком посту Первый секретарь Обкома не понаслышке знал о ситуации в экономике страны. Сам порой ругал неповоротливость, нерешительность и негибкость советской бюрократии.