Проводник

 – И будь осторожен с ведьмой! Я вот ношу с собой фонарик, если вдруг не будет света в подъезде!

– Хорошо, я постараюсь не оказаться на месте жертвы, – ответил мальчик с изрядной, не по годам, долей сарказма в голосе и в очередной раз поправил очки. Он не поверил в ведьму, или, по крайней мере, не показал виду. Девочка недовольно фыркнула и убежала в подъезд.

9

На следующий день я отправился проститься с Виктором один. Ира позвонила мне, извинилась и сказала, что родители просят поехать с ними на дачу.

Отказать она никак не может – отец уезжает в долгую командировку, и перед этим нужно многое сделать по хозяйству.

Алфавит трубку не брал. Я расстроился: где же он, когда так нужен? Делать было нечего, надо было действовать. Прикинув несколько возможных сценариев развития разговора с родителями Виктора, я отправился к его дому.

Остановившись на несколько секунд перед знакомой дверью, обклеенной шоколадными обертками, я нажал на кнопку звонка. Прошло около минуты, с той стороны двери было тихо.

Я надавил на звонок еще раз, подержав палец на кнопке подольше. Неужели я опоздал, и все уже уехали на кладбище?

Наконец с другой стороны послышался шорох и неспешные шаги. Сердце екнуло – я волновался. Как вести себя с этими несчастными людьми?

Дверь отворилась, на пороге стоял невысокий старичок. Он вопросительно посмотрел на меня.

– Здравствуйте, я хотел проститься с Виктором. Мы с ним учились и работали, вернее, проходили практику этим летом.

Глаза старика ожили, и он жестом пригласил меня войти.

Квартира была обставлена просто, но со вкусом. Царила совершеннейшая тишина – ни шороха. Не похоже, что кроме меня и старика тут есть кто-то еще.

– Вот, возьмите молодой человек, – старик протянул мне домашние тапочки. Голос у него был на удивление спокойным. Через приоткрытую дверь в гостиную я смог заметить большой ковёр, мебель вдоль стены и небольшой телевизор в углу. Комната была пустой. Гроба в ней не было. Старик кивнул на другую дверь.

– Вот комната Вити. Подождите пока здесь, а я принесу вам чай, – все так же спокойно сказал дедушка Виктора (я понял так, что это был именно он).

Он скрылся на кухне и через несколько секунд послышался шум воды и звон посуды. Я почувствовал себя неловко: с одной стороны, неудобно, что пожилой человек готовит мне чай, с другой – отказываться еще более неудобно.

Мысленно я уже готовился к тому моменту, когда увижу тело Виктора, лежащее в гробу.