Кадук

Солнце уже садилось, и, судя по навигатору, они должны были скоро приехать, но ранний подъём давал о себе знать, глаза сами закрывались, поэтому девушка чуть опустила сиденье и задремала.

– …Вот мы и приехали, дальше надо идти пешком! – полковник потрепал Марину по плечу.

Солнце почти зашло, и прямо перед ними глухой стеной стоял лес.

– Не представляю, как мы будем ориентироваться в такой темноте, – Марина посмотрела на точку на навигаторе и сверила её с картой.

– Ох уж эти молодые авантюристы, – проворчал Зеленцев.

Полковник достал с заднего сидения рюкзак и вытянул большой длинный нож с широким лезвием.

– Мачете, – с гордостью сказал он.

– Жаль, что не серебряное. Стрыга ведь упырь-кровосос, – усмехнулась Марина.

Полковник несколько раз взмахнул мачете. Лезвие со свистом разрезало воздух.

– Серебро – не серебро, а клыки точно вместе с головой отлетят, – довольно сказал он и засунул нож за пояс.

– Ой, – вскрикнула Марина. – Мне мерещится, или с картой что-то странное происходит? – она указала на отметку.

Полковник подошёл к ней.

– Кажется, она начала светиться ярче, – добавила Марина.

– Хм, ты права… Ещё пара таких фокусов, и на старости лет я начну верить во всякую чертовщину.

– Владимир Петрович, какая старость! Вы полны сил, – возразила Марина.

– Что ж, лейтенант, вперёд! Я пойду первым, а ты наблюдай за картой, следуй за мной и координируй меня по отметкам, если я вдруг не туда сверну.

Полковник включил фонарь, Марина жестом показала направление движения, и Зеленцев направился к лесу. Девушка поспешила за ним.

– Всё-таки это была плохая идея – тащиться сюда после заката, – прошипела Марина, споткнувшись о корягу, которая торчала из земли.

Ноги вязли во мху, идти было трудно, а звуки ночного леса настроения не добавляли.

– Спокойно, лейтенант, смотри под ноги, или у тебя появились сомнения, что профессор был прав? – спросил полковник.

– Нет, наоборот. Вы же сами видели, что происходит, отметка на карте светится всё ярче, её свечения даже в полумраке хватает, чтобы ориентироваться, куда нам идти.