Засада на призрака

Так что я рекомендую вам начать говорить откровенно чуть-чуть раньше, к примеру уже сегодня, чтобы я мог найти хорошую причину куда-нибудь отправить старшего сержанта с поручением до утра, чтобы дать вам возможность выспаться, может быть, последний раз в жизни.

Подполковник подхватил Курносенко под один локоть, старший лейтенант Соловейчиков под другой, и так они вывели задержанного из палатки, предварительно набросив на наручники, чтобы скрыть их, полотенце. Однако на широкой улице палаточного городка им встретился майор морской пехоты комбат Кологривский, чей батальон только что прибыл из района боевых действий, и разгружался чуть в стороне – на две улицы дальше, если считать от штаба.

А улицы были неширокие, поскольку палатки значительно отличаются размером от городских домов.

– А я вижу, вроде БТР знакомый стоит. Значит, думаю, и Бармалеев где-то рядом. Искать пошел… – Майор явно обрадовался встрече с боевым товарищем. – Слушай, а правду говорят, что на генерал-полковника Сумарокова покушение было совершено?

– Правда, – честно ответил Бармалеев.

 – Вот видишь, мы одного из главных организаторов повязали. – И он свободной рукой приподнял полотенце, демонстрируя наручники.

То, что произошло дальше, удивило Бармалеева, поскольку его поведение было недостойно психически уравновешенного комбата морской пехоты. Майор буквально взревел диким зверем:

– Он хотел нашего генерала убить!

И тут же ударил полковника ФСБ в глаз, на котором сразу образовался синяк. Но Кологривскому этого показалось мало, а подполковник Бармалеев, не ожидавший такой реакции со стороны майора, поздно отреагировал, и Кологривский ударил и второй рукой, благополучно поставив синяк и на второй глаз, выполнив при этом классическую боксерскую «двоечку».

Но нанести третий удар комбат морской пехоты не успел, хотя явно намеревался это сделать. Крендель обхватил его двумя руками за корпус, к которому прижал его руки.

– Не надо, товарищ майор. На нас ведь подумают, что мы задержанного били, – только и сказал старший сержант совершенно спокойным тоном.

– Его за такое самого убить мало, – ответил морской пехотинец, но Кренделю обиды не выказал, только расслабился и мотнул широкими плечами, словно хотел руки молодого сапера с себя сбросить.

– Ты, Юрий Борисович, пока вот что сделай… В палатке остался труп акыда Самаама. Крупный такой мужчина в строительной спецовке и в такой же каске. Надо бы его тоже в штаб к Скорокосову доставить. На всякий пожарный. Озаботься этим.