Кощеевич и Смерть

Вспомнив матушку, пригорюнился ещё больше. Интересно, есть ли на свете хоть один правитель, чья жена чувствует себя счастливой?

По правую руку от царя, как и положено, сидел малолетний наследник – царевич Радосвет. Лис мысленно улыбнулся: «Ну, здравствуй, волчонок».

Ратибор, небось, и не догадывался, что его сын однажды побывал в Нави и едва избежал гибели. Одно неловкое заклинание – и всё. Царевич чудом попал к Василисе в башню, а не к Кощею в лапы. Повезло недотёпе.

Дивий мальчишка был смешной, ещё не испорченный своим папашей – не знающий ненависти.

Помнится, он даже матери слово дал, что вызволит её. Герой! Судя по тоскливым щенячьим взглядам, волчонок тогда втюрился в Василису по уши. Забавно. Жаль, от этой детской влюблённости не было никакого проку. Для ратных подвигов парнишка был ещё маловат. А к тому времени, как он вырастет, Лис уже освободит мать и сам.

Место царевны Ясинки – старшей дочери Ратибора – пустовало. Про неё Лис что-то слыхал, но почти ничего не помнил. То ли дурочка она, то ли просто припадочная.

Ну её, в общем.

Царь наконец-то изволил отложить лебяжью косточку. Он сполоснул руки в золочёной посудине, и Лис едва не каркнул от досады: перстней на руках Ратибора хватало, да все были не те. Ни одного волшебного. Ох, не быстрое это дело – разведка. Но княжич не собирался так легко сдаваться.

Увы, он всё же не смог сдержать разочарованного вздоха и чуть не выдал себя самым наиглупейшим образом. Кто же знал, что вместо вздоха в вороньем облике из горла вырвется короткое «кар»?

– Вуф! – Нечто грозное и белое клацнуло зубами прямо перед его клювом, и если бы Лис не увернулся, его бы точно перекусили пополам.

Уже кувыркаясь в воздухе, он рассмотрел, чьей добычей чуть не стал. Да это же симаргл – крылатый пёс! Редкий, между прочим. Такого не каждый приручить может. Неужто царю удалось?

Другой бы покрылся пятнами от зависти, но только не Лис. Он не любил собак, потому что всё детство провёл бок о бок с Кощеевыми огнепёсками. Спасибо, те хоть не летают.

А симарглы, значит, ещё хуже! Брр…

Он уже представил себе, как бесславно может закончиться вылазка, если его поймают и принесут царю в зубах, как вдруг раздался недовольный девичий голос:

– Ми-ир, опять твой пёс птиц гоняет!

И какой-то мальчишка вздохнул:

– Вьюжка, очень тебя прошу – фу!

Симаргл тут же перестал лаять и убрал лапы с подоконника.

– Зачем вообще брать его с собой на пир? – не унималась девица.

– Но ему же скучно одному.