Пташуля

Поэтому Пташуля стала рыдать у него на плече, и Дэн чувствовал, как содрогалось от рыданий ее плотное тело. Многие девушки рыдали у него на плече, но Пташуля рыдала по-особенному. На это рыдание хотелось смотреть и дать посмотреть на него кому-нибудь еще, чтоб оценили. Это рыдание было по-художественному прекрасно. потому что она его тоже изображала.

– Я буду тебя ждать, – говорила сквозь рыдание Пташуля. – Я все равно буду тебя ждать, несмотря ни на что. Ты можешь приходить, когда тебе будет угодно.

А ведь Пташуля не врала, она действительно не врала. Она не могла без Дэна, потому что без Дэна она не могла ни во что поиграть. Дэн был самым подходящим человеком для игры. Пташуля могла запросто сказать ему: «Давай поиграем в то, что идет снег». И Дэн как-то равнодушно и просто соглашался, и он говорил, что за окном идет снег. И Пташуля верила, что за окном идет снег. Они играли в миллион разных игр, и каждая игра радовала Пташулю чрезмерно.

– Давай поиграем в то, что ты скоро вернешься. Ну пожалуйста, давай поиграем в то, что ты скоро вернешься, – сказала дрожащим голосом она. – Ну я прошу тебя, давай поиграем сейчас в то, что ты скоро вернешься.

Пташуля долго смотрела умоляющими глазами на Дэна так, что ей невозможно отказать.

– Ты скоро вернешься? – спросила через минуту она.

– Да, – ответил Дэн.

– Тогда поцелуй меня и оставь мне свои вещи, – сказала она, глядя ему в глаза.

А потом всё, как в кино, только в плохом кино.

Дэн подходит к Пташуле и обнимает ее за плечи. Пташуля отворачивается и начинает смотреть в окно, потому что Дэн играет неубедительно, и его игру сложно поверить.

– Я не могу оставить тебе все свои вещи, они мне понадобятся, – говорит он с грустью.

– Тогда оставь мне свои носки. Вон ту вонючую кучку. Они останутся ждать тебя вместе со мной.

– Хорошо, – говорит Дэн. – Носки я оставлю, но только те, которые в этой кучке.

– В этой кучке-вонючке? – переспрашивает Пташуля, потому что она хочет хоть на сколько-нибудь отдалить расставание с Дэном.

– В этой кучке-вонючке, – почти равнодушно повторяет Дэн.

– А куда ты едешь, куда ты уходишь?

Дэн молчит.