Операция “Зомби”

Дома еще ничего не знали о предстоящей пенсионной жизни главы семейства, и он усердно старался вести себя так, как ведет обычно. А обычно он был поглощен делами, которые из головы не выходили ни на минуту, и потому ему легко было скрыть некоторую собственную растерянность. «Сильную растерянность!» – уточнил он мысленно.

Геннадий Рудольфович никак не мог решиться обратиться к младшей дочери. Именно к ней приезжал тот человек, который установил «жучки» и в квартире, и на даче. Конечно, для влюбчивой девочки вся эта история казалась трагедией, утратой иллюзий.

Трагедией она казалась и самому Геннадию Рудольфовичу. Когда дело касалось собственной повседневной работы, его меньше всего интересовала судьба семей тех, кто противостоял ему даже случайно. Но когда дело коснулось его семьи, он понял, насколько это бывает больно.

Если быть абсолютно дотошным, спросить дочь следовало бы. Хотя она и не могла сказать ничего нового. Но какую-то деталь, какую-то интонацию уловить было бы можно. И все же Геннадий Рудольфович не решился.

Свою семью, своих родных хотелось беречь. И ведь именно им откровенно угрожал сегодня Решетов. Кто знает, какие неприятности ждут жену и девочек впереди. Стоит их поберечь...

После ужина он закрылся в кабинете, сел за письменный стол, опять положив на столешницу ладони, и закрыл глаза. Он не знал, что предпринять. Он не знал, к кому обратиться, чтобы не подставить себя и – главное! – семью. Надежды не было даже на директора.

И вдруг вспомнил!

Открыл ящик стола и долго рылся среди вороха многолетней давности бумаг, которыми пользовался редко или никогда не пользовался.

Давно собирался провести в ящике чистку и основательную ревизию, но руки не доходили.

Не сразу, но он все же нашел пожелтевшую от времени визитную карточку. Совместно с этим полковником ГРУ они две недели плотно работали в Чечне в первую чеченскую кампанию.

Набрал номер с нового «сотовика». Служебный телефон не ответил. Понятно – за окном ночь. Достал лупу и с трудом разобрал подписанный ручкой номер домашнего телефона.

Пусть и поздно уже, но это выход...

– Слушаю, – ответил сонный голос.

Генерал назвал себя, сказал, что звонит по чрезвычайным обстоятельствам и ему необходимо немедленно встретиться.

– По телефону объяснить нельзя?

– Исключено.

– Куда подъехать? – В решительности полковника чувствовалась армейская мобильность.

Через сорок минут они беседовали, прогуливаясь по улице, потом полковник уехал и позвонил уже домой генералу.