Ликвидация Докхантера

Хотя с какой стати может возникнуть опасность для Иващенко, было непонятно. Просматривался единственный вариант: кто-то со стороны, может быть, из окна какого-то дома, видел, как Виктор Юрьевич проникал в коммерческую палату через окно. И это был не простой нечаянный наблюдатель. Нечаянный вызвал бы полицию, а это кто-то, замешанный в деле, – специально выставленный наблюдатель. Причем в деле достаточно крутом. Методы применялись откровенно бандитские. И против таких методов требовалось работать откровенно жестко. Сергей Ильич дал предупреждение в микрофон:

– Всем внимание! Они прорвались.

Внизу оставили три трупа. Стреляют, видимо, без предупреждения. Выясняем, куда двинулись.

Кравченко уже прошел вперед, туда, где виднелись двери трех лифтов, и призывно поднял руку, сделав движение ладонью в сторону своей головы. Даже имея связь внутри группы, «волкодавы» порой по привычке выполняли визуальные команды руками, как делали это раньше, в армии. Этот знак на языке спецназа говорил: «Ко мне!» Лесничий неслышно подбежал.

В ночное время кнопка горела только на одном из лифтов. И табло над входом показывало, как поднимается лифт, высвечивая цифры этажей.

– Пятый этаж… – прокомментировал в микрофон Лесничий. – Без остановки. Шестой… Дальше… Величко! Редкозуб!

– Готовы к встрече, – сообщил голос Величко. – Редкозуб в палате, я в конце коридора в туалете. Можем атаковать с двух направлений.

– У них пистолеты. Осторожно, – снова предупредил командир, помня, что его офицеры безоружные и без бронежилетов.

Даже Иващенко бронежилет снял и пистолета при себе не имеет. Хотя, кажется, вооружился ножом. – Седьмой этаж. Они выходят.

– Вижу их… – сообщил Величко. – Я из темноты смотрю. Меня не видят. Редкозуб, ты только раньше времени не высовывайся. Я контролирую их, сообщу тебе, когда понадобишься.

– Я готов к встрече, – сердито проговорил Иващенко.

Лесничий и сам не посоветовал бы бандитам злить Виктора Юрьевича, но у него не было с ними связи…

Глава шестая

Все-таки усталость сказалась и на таком «железном» человеке, как полковник Хантер.

Ему смена часового пояса давалась всегда легче, чем другим, но и его силы не были беспредельными.

Первое письмо из тех, что необходимо было написать, не требовало больших умственных усилий. Оно по большому счету было и не письмом вовсе, а просто записанными в колонки цифровыми пятизначными группами, выбранными наугад. На всякий случай он исписал половину страницы стандартного формата А1.