Летающие убийцы

Старший сержант побежал выполнять приказ. Такое вот передвижение говорило не о его услужливости, а только о желании окончательно проснуться и разогнать кровь по телу.

Подполковник Звягинцев молча выслушивал мои команды и не высказывал удивления по поводу моего тихого голоса. Видимо, он уже сталкивался с системой коммуникации «Ратника» и понимал, что бойцы слышат меня отлично.

Боевые машины пехоты подошли без задержки. Ничеухин уже устроился в третьей из них, замыкающей колонну, как делал это обычно.

Я занял место оператора-наводчика в головной БМП, а командирское уступил подполковнику Звягинцеву.

Оно самое удобное в боевой машине. Хотя я видел, что такому большому человеку и там было тесновато. Ему приходилось наклонять голову, чтобы не слишком часто стукаться затылком о крышу башни.

Я, конечно, мог бы пожалеть его и дать поносить свой шлем, но тогда сам лишился бы связи со взводом. Поэтому я решил, что подполковнику хватит обычного мягкого шлема с внутренней связью всех трех БМП.

Точно такие же шлемы носят, кстати, танкисты.

Но у них, я слышал, через шлем осуществляется и связь с командованием. А в БМП связи с начальником штаба отряда майором Рыженковым не было.

Еще на мое решение не предоставлять Звягинцеву свой шлем повлияло то обстоятельство, что внутри БМП ехать нам предстояло совсем не долго, по моим подсчетам, около пятнадцати минут. Я заранее дал указания механику-водителю своей машины, головной в колонне. Как только БМП-3 тронулись, я посмотрел на часы и засек время. Мне хотелось еще раз проверить свое умение рассчитывать скорость передвижения.

Тот факт, что я умею это делать достаточно точно, опять подтвердился. На берег ручья мы прибыли на тридцать секунд раньше времени, определенного мной. Но тридцать секунд, как и минута, – это вполне допустимая погрешность при таких расчетах, когда скорость передвижения боевой машины контролируешь и определяешь не ты, а механик-водитель.

Во время недолгой остановки все мы пополнили запас питьевой воды, а потом заняли места на броне БМП, где существуют специальные ручки, называемые десантными, за которые можно держаться.

Я заметил, что подполковник Звягинцев совсем не берег свой цивильный костюм и без стеснения сел на пыльную броню.

Шлем Евгений Андреевич еще не снял, и этот факт я одобрил. Нам ведь предстояло встать на таком расстоянии от бандитского поста, с которого часовые не услышат тяжелый звук мощных двигателей БМП. А в ночи он разносится несравненно дальше, нежели днем.