Крупная бойня

Программы управления ею у меня нет, но ведь камера обязательно должна быть маркирована, а в Интернете всегда можно подобрать подходящий софт.

Я тут же предположил, что в номере должны помещаться и другие камеры и что наши противники уже знают о том, что одна из них обнаружена и снята, этот момент наверняка сопровождался звуковым сигналом на мониторе просмотра. Поэтому не пожелал показывать неприятелю свое «вооружение», то есть сканер, и стал искать камеры визуально. Подумав, куда поставил бы их сам, я сразу нашел еще одну на платяном шкафу.

Третью я отыскал под тем же шкафом. Она была приклеена кусочком скотча к его ножке.

Я снял их, ушел в угол, где обязательно должна была быть «мертвая зона», если в номере остались еще камеры, и включил сканер. Он сразу же подал сигнал о том, что в комнате находятся «жучки», даже сообщил их марку и физические характеристики. Но ни одной работающей камеры сканер не обнаружил.

Понимая, что отключение камер, мягко говоря, насторожит сотрудников ФСБ, я позвал Тамару и проговорил:

– А ты была права относительно этих охранников.

Они явно сексуально озабоченные парни. Я три камеры наблюдения снял. Когда в прошлом месяце в город приезжал, за мной никто не следил. – Я умышленно гнал ложную информацию, что якобы уже был здесь. – За мужиком приглядывать им неинтересно. А как только женщина появилась, в номере сразу оказались камеры. Но это тебе, я считаю, большой плюс. Несмотря на возраст, ты еще о-го-го! Привлекаешь внимание молодых парней.

Тамара сразу сообразила, как поддержать игру, начатую мной:

– Не трогай мой возраст! Он паспорту совершенно не соответствует. Думаю, что эти молодые козлы не только видеокамеры установили, но и «жучки». При подслушивании фантазия работает лучше.

Мне стало слегка жалко вполне приличных парней из охраны, которые, сами того не подозревая, внезапно стали «козлами». Но это не помешало мне продолжить игру.

– Сейчас поищу, – заявил я, прошелся со сканером по номеру и нашел четыре «жучка», которые быстро дезактивировал.

Теперь сканер молчал.

Тамара поставила передо мной бумажный мешок и кейс, закрыла дверь на ключ и сказала:

– Я душ приму, а ты разберись с содержимым.

«Разбираться» я снова начал с «винтореза». Собрал его, поставил ночной прицел. Винтовку надо было пристрелять, но делать это следовало через несколько часов, в темноте. Поэтому я разобрал ее и уложил обратно в кейс.