Когда атакуют фурии

Мы друзья по службе, собрались Девятое мая отпраздновать. Так, слегка. Мы же при нашей службе помногу не пьем. Бережем, как говорится, здоровье и различные инстинкты организма. Сидим, значит, во дворе за столом, слышим пулеметные очереди.

– Почему вы решили, что пулеметные? Может, автоматные?

– Я военный человек, за последние двадцать лет ни одной горячей точки на территории бывшего СССР не пропустил. Везде побывал, кроме разве что Таджикистана и Молдавии. И умею по звуку отличать пулемет от автомата.

– Он ведь и по внешнему виду от автомата отличается, малость покрупнее будет, – вставил слово капитан Лукьяновский. – Там калибры разные, следовательно, и звук иной.

Ментовский майор, конечно же, легко уловил нотки ехидства в голосе капитана, и они ему не сильно понравились. Он видел, что над его вопросами смеются, понимал свою малую, в сравнении с военными, компетенцию в этих вопросах.

– Дальше что? – поторопил подполковника офицер полиции.

– Да, где-то в стороне реки. Там вроде бы компания на автомобилях веселье на бережку устроила. Салют пускали над рекой. Не в сторону деревни. Но звук салюта я даже от автоматной очереди отличу. Переглянулись мы, короче говоря, и пошли на звук, но не сразу, а только когда пламя в лесу увидели. Подходить стали, машина как раз взорвалась, лес вокруг нее загорелся.

– Больше трава, командир, – заявил Лукьяновский.

– Да, больше трава, но и деревья тоже, мне показалось, начали подгорать. Тогда я и позвонил.

– Никого поблизости не встретили?

– Мне приблазнилось, будто по другую сторону огня кабан пробегал, – заметил Лукьяновский. – Но я могу и ошибаться. Кабаны обычно от выстрелов бегут, а не на них. Хотя кто их знает. Кабаны эти самые – народ бешеный! Они и на выстрел могут, и на огонь.

– Неоткуда здесь кабану взяться. Густых старых лесов поблизости нет, – проговорил мент.

– Ну, если не кабан, то кошка. – Капитан пожал плечами. – Да, скорее всего, она и была.

– Они разве похожи?

– Слегка только. Отдаленно. Но быстро кто-то пробегал. Если человек, то пригнувшись или вообще на четырех костях.

Майору опять показалось, что над ним издеваются.