Конвейер смерти

– Документы, командир? – высунул голову из окна Гога.

– Нет, только вопрос, если не возражаете. Вы здесь недавно не проезжали?

– Только утром… А что тут случилось?

– Из машины выбросили тело человека и автомат.

– Тело – значит, убит? – спросил я, наклоняясь к плечу Гоги и тоже выглядывая в окно водительской дверцы.

– Да, две пули в голове.

– Из автомата стреляли?

– Трудно сказать. Только мне кажется, не сам он в себя стрелял. Ствол его пороховой гарью пахнет, значит, стрелял в кого-то. Да тут, говорят, неподалеку какая-то перестрелка была.

Ну ладно, раз здесь не проезжали, следуйте по своим делам.

Словоохотливый инспектор козырнул, и пошел в сторону своей машины, а мы объехали место происшествия и двинулись дальше.

– Повезло нам… – с облегчением выдохнул Гога.

– В чем? – поинтересовался я.

– Документы не проверяли. Я забыл их у убитого водилы забрать. Сейчас возвращаться уже поздно, документы, наверное, уже у ментов. Кстати, не объявили бы «Перехват»…

– Вот потому я и хочу с тобой расстаться.

Сверни за угол и там меня высади.

– Боишься продолжения?

– Не вижу смысла ввязываться в незнакомую ситуацию. Уже раз ввязался, пару пуль парню в голову всадил…

– Уверен, что в голову всадил?

– «Гиббон» так сказал.

– Ты думаешь, это… На дороге – его из «крузака» выбросили?

– Не сомневаюсь…

– Надо было мне подойти, удостовериться…

– Долго думал. Сейчас уже поздно. Вот здесь поверни за угол, высади меня и езжай своей дорогой. Дальше нам не по пути.

 – Все это было просчитано в оперативном управлении ГРУ. Там имели достоверную информацию, что Гога остро нуждается в умелых боевиках, поэтому просто так он меня не отпустит, но желание использовать мои боевые навыки должно сводиться к его инициативе, а я должен проявлять свое нежелание к сотрудничеству, потому что мне своих забот хватает.

– Как хочешь. Хоть и стреляешь ты классно, но я и других стрелков найду, они «крузака» отловят… – Гога вытащил трубку, но при мне звонить не стал.

Машина остановилась, я вышел, вышел и Гога.

– Подожди, стрелок, – обратился он ко мне. – Я сейчас позвоню, чтобы «крузак» по пути тормознули, а потом поговорим.

Гога разговаривал, стоя на дороге, и дождь мешал мне услышать разговор, который велся и без того едва слышно. Но длился он недолго. А когда Гога убрал трубку под свой длинный кожаный плащ с полами, испачканными грязью, я попрощался с ним.

– Ладно, бывай здоров и больше под пули не подставляйся.