Конвейер смерти

Принес? – спросил он.

– Обязательно, товарищ генерал. – Подполковник, вскрыв скрытую под маленьким клапаном пластилиновую печать, полез в свой объемный портфель и вытащил сколотые степлером листы принтерной распечатки и объемный журнал регистрации, который сразу же принялся заполнять.

– Распишитесь в ознакомлении, товарищ генерал, – вежливо попросил Разумов, и, как только генерал расписался, поставил число, время и передал документ Сергею Павловичу.

Генерал, как и обещал, читал бегло, поверхностно. Ознакомившись со всей стопкой, он непонятно хмыкнул и передал страницы с распечаткой мне.

Я принялся читать, хотя иногда могу себе позволить просто взглянуть на страницу и запомнить ее, что называется, сфотографировать, а потом восстановить при необходимости в памяти. Но одиннадцать страниц – это объемный материал, и все запоминать – это серьезная нагрузка на мозг, что было в данный момент нежелательно.

– Что скажешь? – поинтересовался Кабанов, когда я, завершив прочтение, передал бумаги подполковнику Разумову.

– Варианты предположительно просчитаны наиболее вероятные с точки зрения психологии. В трех местах я не согласен с предложенной моделью моего ответного поведения. Уже продумываю свои варианты, которые ближе мне по моему характеру. В остальном все правильно, остается только согласиться.

– Хорошо, – произнес майор Настырняев. – Давай твои предложения обсудим. Может, ты тоже не всегда прав…

Генерал тем временем положил на стол передо мной пластиковую банковскую карточку Сбербанка и назвал пин-код, который я легко запомнил.

– На карте восемьдесят три тысячи рублей с копейками. Карта на имя находящегося в бегах гражданина Украины. Можешь пользоваться по мере необходимости. На первое время даже в Москве этого хватит. Карта под контролем. Будут деньги кончаться – еще перечислим. А лучше всего, если перечислят бандиты. Приучайся их трясти, чтобы их деньги против них и работали.

Я посмотрел на карточку и вслух прочитал:

– Олександр Сидорчук.

Теперь это мои «настоящие» имя и фамилия, придется привыкать.

– Пять дней тебе дадим на ускоренное изучение основ украинского языка. Справишься за пять дней? – спросил Разумов. – Преподавателя выделяет ГРУ.

Я понимал, что такая тесная привязанность событий к ГРУ случайной быть не может, но лишних вопросов, как привык по службе, предпочел не задавать.

– Если только основ, то справлюсь быстрее. Если до тонкостей, то месяца не хватит.

У тебя заметный кубанский акцент.