Долг с глушителем

– Какие?

– Что вы вчера под угрозой убийства заставили Валентинова позвонить Говоруну и сообщить то, что вам требовалось сказать, а потом все же убили его, когда он домой отправился. Это чтобы не сдал вас. Говорун, кстати, и меня тоже подозревает. Я сам ему сказал, что из вашей квартиры вышел вместе с хирургом. Предложил подвезти, но он отказался, сказал, что неподалеку живет и прогуляться хочет, весной подышать. Я даже настаивать не посмел. Подумал, что Валентинов к кому-то зайти желает и не хочет этого афишировать.

– Может быть, он все же зашел? – предположил Сергей Тимофеевич.

– А кто сейчас нам точно это расскажет? Опера бегают, людей в соседних домах опрашивают. Может, кто-то что-то видел. Но такие убийства обычно не раскрываются. Это на девяносто девять процентов висяк. Разве только случайно что-то всплывет.

– Вам виднее, – коротко отреагировал Васильев, которому показалось, что полковник в какой-то мере пытается обвинить его.

Видимо, Воробей был недоволен там, что ему приходится теперь заниматься многими делами, которых могло бы и не быть, позволь Сергей Тимофеевич убийцам расстрелять себя.

Ну да, было бы на одно нераскрытое убийство больше на счету полиции или того органа, которому доверят дело вести. Зато не было бы никаких лишних хлопот, беспокойных дум о завтрашнем дне, о том, что вскоре может случиться. Должно быть, полковник Воробей мечтал о спокойной и беззаботной жизни, лишенной хлопот и необходимости вникать в посторонние ситуации. Ну так вышел бы на пенсию. Там ему было бы спокойнее. Хотя это вовсе не обязательно.

Сам Васильев тоже вышел на пенсию, надеясь на спокойную жизнь, но она таковой никак не получалась. А если полковник завязан с бандитами, то они с него не слезут, будут и потом требовать информацию, которую придется через знакомых добывать.

Полковник Воробей ехал по улице довольно быстро, хотя его машина и не была оснащена спецсигналами. По дороге им попалась машина ДПС, стоявшая у бордюра. Инспекторы, внимательно всматривающиеся в другой транспорт, на автомобиль Воробья обратили внимание только тогда, когда он проезжал мимо, вытянулись в струнку и дружно отдали честь.

Из чего можно было сделать вывод, что они эту машину хорошо знали.

– Я по городу обычно аккуратнее езжу, – проговорил Васильев.

– Это потому, что у вас «Волга» старая, на ней нельзя ездить быстро.

– А если кто-то на переходе выскочит?

– Я же ведь весь во внимании еду. Издали смотрю, если впереди переход.