Кощеевич и война

Может, открыть ей глаза? Так ведь не поверит. Решит, что Кощеевич смуту сеет, хорошего человека оговаривает почём зря.

– Ладно, я подожду, пока ты с ним закончишь, – кивнула Радмила.

– А не боишься, что тебе ничего не достанется? – не унимался Лис. Ему почему-то понравилось дразнить Северницу. – Убьёт меня Весьмир, и всё.

Радмила недоверчиво прищурилась:

– Ты же вроде бессмертный?

– Ой, я и забыл! – состроил он виноватую мину. – Тогда на что ты надеешься, воительница?

– Пленить тебя, посадить в острог и судить по справедливости.

– Ах, по справедливости! – Лис рассмеялся громко, с издёвкой.

Он не будет ничего доказывать этой девчонке. Время оправданий миновало. Как и время решать по-хорошему.

– Я хочу, чтобы ты ответил за свои злодеяния. – Воительница закусила губу.

– А ещё чего хочешь?

– Чтобы ты раскаялся и всё исправил.

Северница определённо была забавной.

– Обещаю подумать над своим поведением, – сказал Лис очень серьёзным тоном, но в конце всё-таки не удержался и снова прыснул.

Это окончательно вывело Северницу из себя:

– Негодяй и убийца! Пусть ты и бессмертный, но за твоим плечом – смерть. Однажды она найдёт и тебя.

– Ошибаешься, воительница. Прямо сейчас Смерть стоит за твоим плечом.

Это, кстати, было чистой правдой. Марена реяла позади Северницы и, улыбаясь, подмигивала Лису. Похоже, беседа её очень веселила.

– Врёшь! С чего бы ей там стоять?

– С того, что на войне не бывает тех, кто не замарался.

– Не смей меня так называть!

– То есть в остальном возражений нет?

– Перестаньте уже! – В голосе Весьмира чувствовалась усталость. Он бросил отчаянный взгляд на Мая. Мол, вмешайся, подсоби. Но советник молчал. Только, по обыкновению, хмурился. Наверное, соображал, как выпутаться из этой передряги с наименьшими потерями.

Марена снова подмигнула Лису и беззвучно, одними губами, произнесла:

– Повесели меня.

Ничего себе! Он что ей, личный скоморох?! Но возмущение быстро прошло. По правде говоря, Лису и самому хотелось покуражиться.

Он улыбнулся Весьмиру: теперь тот ни за что не отвертится. И, привстав на стременах, торжественно молвил:

– Крепче камня моё слово тоже: избегать поединка негоже.

Княжич едва успел договорить ритуальную фразу, а Весьмир уже атаковал. Это было так неожиданно, что Лис не удержался в седле.