Страусиная вечеринка

Она была в полотенце, и открывать дверь в таком виде ей было не с руки, поэтому осторожно подошла к двери и посмотрела в глазок. И – о чудо! – ее взору предстал Максим Решетников, ее приятный знакомый, который жил этажом ниже. Они иногда с ним встречались в лифте, почтенно здороваясь и перекидываясь парой ничего не значащих фраз. Он был моложе ее лет на десять, а за окном вовсю пела весна, да еще и вдобавок смеркалось. Город зажег огни, и в соседних домах зажглись светом окна, апрельский воздух пьянил, кровать уже была расстелена и свежа, как лепестки розы, а мужчина, который стоял за дверью, был красив, мускулист и не женат, что приумножало его красоту тысячекратно.

«Открыть – не открыть? Открыть – не открыть? – застыла в нерешительности она, но эта нерешительность никак не повлияла на ее ключ, который уже совершил в замке два оборота».

Максим увидел ее и улыбнулся.

– А почему бы нам, – оглядев его с головы до пят, а потом упершись взглядом в его могучий торс, произнесла она, – не открыть агентство по дискредитации честных граждан.

Его взгляд выразил недоумение, как впрочем, и ее взгляд. Вероятно, он не ожидал получить такое странное предложение в этот час и, судя по всему, даже забыл, зачем зашел в приподнятом настроении к этой еще достаточно молодой, одинокой и знойной женщине на ночь глядя.

– Ну, креативное агентство по подкладыванию свиней, – уточнила она, сама пытаясь осмыслить то, что сказала.

Так они стояли где-то с минуту и смотрели друг на друга, как два странных человека разного пола, как будто им и вправду нечем было заняться этим чудесным вечером.

Конечно, Анфиса Михайловна сама не понимала, зачем она предложила это ему, славящемуся повышенной честностью, вышедшему из семьи, где честность передавалась из поколения в поколение и считалась визитной карточкой их фамилии, а также главным наследством (потому что больше ничего не было). Но больше всего ее смущало даже не это. Больше всего ее смущало то, каким неведомым образом она дошла до этой идеи, ведь раньше она об агентстве даже не думала.

Наверное, эта мысль зрела в ней подспудно несколько лет и только сейчас под воздействием гормонального взрыва прорвалась наружу словами. Где-то в душе она даже успела на секунду испугаться сама себя и своего предложения, но потом быстро смекнула, что он вряд ей даст согласье. Однако она рано расслабилась.

– А почему бы и нет, – задумчиво ответил стоящий в дверях Максим, случайно зашедший к разведенной знойной женщине на ночь глядя.