Сто шагов назад

Они дрались между собой за ту скудную пищу, которую удавалось добыть, и будто бы даже некоторые поедали трупы сородичей, погибших в этих потасовках. Прошло немало лет, пока наконец установился порядок.

Эван шёл вдоль берега, где женщины рылись в прибрежном иле, выбирая улиток и съедобных червей. Чуть поотдаль чернели лежащие у самой кромки воды лодки и возле них суетились и громко кричали рыбаки.

Навстречу Эвану попалась группа юношей его возраста. Один из них окликнул его:

– Эй, Эван, через несколько дней лесные тропы просохнут.

Наступит подходящее время для охоты.

В лес ходили поочерёдно отрядами по пять-шесть человек. В одиночку никто не ходил – самому запросто можно было сгинуть так, что и костей потом не найдут.

– Я знаю, – бросил на ходу Эван, – я готов.

Когда он поравнялся с лодками, от возившихся на берегу рыбаков отделился крепкого телосложения парень и быстро зашагал наперерез Эвану.

– Эй! – кникнул он, видя, что Эван не собирается останавливаться.

Парня звали Холк. Когда он встал перед Эваном, было хорошо видно, что он на голову выше и заметно шире в плечах.

Всю его одежду составлял обёрнутый вокруг бёдер кусок акульей кожи, поэтому ничто не скрывало хорошо развитые мышцы. Холк был известным рыбаком, сорвиголовой, которого ничего не могло испугать. Однажды он на спор в одиночку вышел ночью далеко в море, загарпунил там акулу, которая была раза в три больше него, и на верёвке притащил её в деревню. За силу и храбрость его уважали, но считали, что с головой у парня не всё в порядке, поэтому лучше держаться от него подальше.

– Чего тебе, Холк? – спросил Эван.

Холк смотрел на него сверху вниз и его тяжёлая нижняя челюсть двигалась из стороны в сторону как будто он что-то жевал.

– Ты опять обидел Эльзу, – процедил он сквозь зубы.

Холк давно положил глаз на Эльзу, Эван об этом знал. Впрочем, в деревне женщина никогда не принадлежала одному мужчине. Раньше, когда люди ещё жили в Поднебесном Городе, мужчины и женщины выбирали себе пару и должны были хранить верность друг другу, но здесь, в посёлке даже если они начинали жить в одной хижине, женщина могла уйти к другому мужчине на время или навсегда, а мужчина мог когда хотел ходить к другой женщине.

Дети же, рождённые женщиной, принадлежали ей и никому больше.

– Ну ты-то наверняка её утешил как следует, – усмехнулся Эван.

Он вдруг поймал себя на мысли, что ему всё равно ходит Эльза к Холку или нет.

– Она плакала, – всё так же сквозь зубы сказал Холк.