Фейри Чернолесья

Изломанные ветви сплелись на голове уже не девы – Старухи-Бузины – в подобие венца, украшенного тёмными ягодами. В воздухе запахло грозой, набежавшие тучи закрыли луну, а над водой, громко крича, закружились чёрные птицы – предвестники смерти.

Прежде Элмерику всегда везло: он выбирался живым и невредимым из самых ужасных передряг но, видно, источник его удачи иссяк. Элмерик понимал: в этот раз ему не уйти. Стоит на миг остановиться, чтобы перевести дух, и тварь набросится на него и разорвёт в клочки. А значит, жить на белом свете ему оставалось всего ничего: пока звучит волшебная флейта.

Под ногами вдруг что-то зашелестело и из травы высунулся уже знакомый Элмерику фейри в зелёном костюмчике. Увидев брошенную Диланом шапку, старейшина Красных Ладошек хрюкнул от радости, но бард поспешно наступил на неё носком сапога, не давая подобрать обновку.

– Эй, ты обещал мне шапку! – обиженно напомнил фейри, почёсывая ухо.

Элмерик упрямо мотнул головой, не прекращая играть на флейте.

– О, тогда давай опять поиграем! – обрадовался фейри. – Теперь я буду угадывать, что ты хочешь сказать. Впрочем, что тут угадывать: ты хочешь жить. Тебе, как вижу, удалось задержать и ослабить ведьму, но такой безделушкой её не остановить… Глупый, глупый мальчик-чародей! Чем ты только думал? Тупица.

Элмерик не пытался возражать. Он чувствовал, что пальцы начинают неметь от усталости.

– Пошёл вон, маленький негодяй! – прохрипела ужасная старуха, делая ещё один шаг сквозь вязкий воздух.

– Ах, все бросили бедняжку, – зло фыркнул фейри. – Только поделом: ведь это она первая бросила всех нас. Каково получать сдачу той же монетой? Знаешь, как это бывает? Знаешь?

Элмерик навострил уши. Он понимал, что мудрый старый ребёнок не будет болтать просто так.

– Тебе известно, для чего всё было и зачем, – проскрипела Старуха-Бузина. – И ты сам согласился. Не мы нарушили уговор! Скажи спасибо, что вы остались целы. Мы даже заботились о вас, как могли.

Ещё одна капля сорвалась с оплавленного кулона и упала ей на ногу. Ведьма заскрежетала зубами.

– Разве это была ты, Бузина? – старейшина Красных Ладошек бросил вожделеющий взгляд на шапку. – Но даже если и так, нехорошо забывать свои корни: даже люди это знают.