Запах жизни

Игорь тем временем, широко расставив в стороны руки, стал кружиться на одном месте, по всей видимости изображая самолет.

– «Боинг семьсот сорок семь» идет на посадку! – он издал звук, который должен был означать гудение моторов вышеупомянутого «Боинга».

– Второй пилот запрашивает диспетчера. Разрешите посадку! – и он снова загудел.

Это действительно было смешно. То есть, это конечно было глупо, но то, как все это выглядело, было очень смешно. Ребята не выдержали и покатились со смеху.

В это время Олег, оправившийся от испуга, вызванного воплем Игоря, встал и, заикаясь, сказал:

– Чего орешь, придурок? Ты мне всех зеленых распугаешь!

Игорь тут же сложил крылья и направился прямиком к приятелю.

– А где они у тебя? Покажи.

Олег тут же спрятал за спиной несуществующий пакет.

– Не покажу. Ты их отпустишь, – жалобно, почти плаксиво, пробормотал Олег.

– Да не бойся, не отпущу, – успокоил его Игорь и снова голосом, не терпящим возражений, сказал:

– Дай!

Олег поколебался немного и протянул мнимый пакет Игорю.

– Дурак, – заявил он и тут же потерял всякий интерес к приятелю. Раскинув руки, он снова принялся изображать самолет. Только теперь он стал бегать по чердаку, завывая и топая так, словно изо6ражал не парящую в воздухе машину, а вз6есившегося от прокисшего кокосового молока слона.

Олег же ползал на коленях по полу, пытаясь собрать разбегающихся во все стороны чертиков. Юрка и Стас смеялись, словно припадочные. Димка тоже хохотал, но в глубине души ему отчего-то было не по себе. «Неправильно как-то все это», – думал он, но глядя на дуркующих Олега и Игоря, не мог удержаться от смеха.

Совершенно неожиданно для всех эту клоунаду прервал грохот резко откинутого в сторону люка.

Смех оборвался, как по команде, а Игорь с Олегом моментально замерли, словно играли в детскую игру «Море волнуется раз», более, в общем-то, подходящую для их возраста.

– Прячемся! – громко прошептал Юрка, и ребята резво разбежались в разные стороны, стараясь как можно быстрее оказаться в самых темных углах чердака.