Не ходите девки в тёщи (Сборник рассказов)

Большинство так и остаётся во младенчестве потому всю жизнь и ходит толпой: так проще и безопаснее.

– А ты?

– Что я?

– Ты тоже повзрослел?

– Давно уже. Я здесь новичков встречаю, должность у меня такая.

– Слушай, а может я умер? – спросил я, потому что ну очень похоже на рассказы о жизни после смерти.

– Нет. – спокойно ответил дедок. – Скорее, родился. И, немного помолчав, добавил. – Да, вспомнил, как тот Мир называется, ты напомнил. – на лице дедка изобразилось что – то отдалённо напоминающее улыбку.

 – Земля, он называется.

* * *

Я попытался проснуться – не просыпается:

Мать – перемать! Что делать – то?!

– Иди. – сказал дедок.

– Куда идти? – вот это ошарашил, так ошарашил.

– А это уж тебе решать, куда. – спокойной сказал дедок. – Твоя жизнь, твой путь, а значит и перекрёсток должен быть твой. Иди, и ищи его. Найдёшь, не переживай ты так.

После это, даже хуже бреда – дедок расправил свой плащ, который оказался вовсе не плащом, а крыльями, кожистыми такими и перепончатыми, как у летучих мышей, только большими.

Взмахнул он, значит, своими крыльями, и полетел куда – то, сволочь.

А я, как стоял, дурак дураком, так и продолжал стоять. Настроение – ужас, не сплю оказывается. Сразу очень и очень захотелось домой, я даже вспомнил, что у меня в холодильнике полтораха темного, не начатая.

«Если попаду домой, нажрусь до чёртиков. – твёрдо решил я. – Ну а пока домой попасть не получается, пойду – ка, посмотрю, что здесь творится и происходит? Не стоять же на месте, столбом?!»

Людоедское благородство

– Стало быть, ты и есть Кот в Сапогах? – за огромным столом сидел Людоед, обедал.

В одной руке он держал запечённую лошадиную ногу и откусывал от неё. В другой его руке пребывала кружка соответствующих размеров. Содержимое кружки Коту видно не было, но судя по мутноватым глазам Людоеда, догадаться, что там, было несложно.

– Так точно, ваше сиятельство! – встав по стойке смирно, доложил Кот.

– Ишь ты! – усмехнулся Людоед.

 – А сапоги где? Потерял?!

– Никак нет, ваше сиятельство! Вот они! – Кот показал Людоеду сапоги, которые до этого держал за спиной. – Ноги устали. Непривычный я к сапогам – то, но к вам, ваше сиятельство, без сапог не пойдёшь, неуважение это, а я вас дюже уважаю.

– Уважаешь, говоришь?! – Людоед рассеяно и недоверчиво посмотрел на Кота. Затем, откусив от лошадиной ноги, отпив из кружки, добавил. – Ну тогда ладно, уважай дальше, мне не жалко.