Французский поцелуй

Я вынул пружинки и обнаружил, что они упирались в четыре патрона, засевшие по центру белого вещества.

– Мина. – с удивлением сказал наблюдавший за процессом разборки мужик. Разборку я, естественно произвел рядом с палаткой, где мы жили.

Оценить степень везения того… существовавшего тогда парня, сегодня я уже не могу. Такого не бывает.

Весь мир, был предназначен для этого парня и никакие опасности в этом, его мире, ему не угрожали.

Яна

Каким бы везунчиком я не был, с девушками мне не особенно везло.

Я нравился многим девушкам и знал это. Но те, кто нравился и более мне, меня отвергали. Было даже три случая, кода девушки которые меня отвергали, через некоторое время хотели отношений со мной. Но было поздно. Тот огонь, который горел когда меня отвергали угас, а просто со «спортивными» целями, мне никогда это было не нужно.

Сегодня, когда об отношениях с женщинами мне можно начать постепенно забывать, я понимаю, что Яна была единственным светлым ликом, без малейшей тени, в моих отношениях с прекрасным полом.

Яна была на два года старше и была единственной женщиной интересовавшей меня во всём лагере.

Даже сегодня, через невероятное количество лет, когда я ее вспоминаю, всё моё нутро наполняется чувством восторга.

Она была взрослой, но не была циничной.

Яна не была безумно красива. Она была симпатичной и обаятельной. Но самое главное, чего я потом так до конца почти и не встречал в женщинах, она умела говорить правду.

Как-то мы гуляли по берегу, и я плел ей чего-то о звёздах, постоянно думая, как затащить её в один из стогов, которые стояли за кинотеатром Степка, из которого мы возвращались по берегу.

– Сережа! Я вовсе не пай-девочка и твои знания астрономии меня интересуют мало. – Неожиданно сказала Яна повернувшись.

– Тогда пошли. – сказал я и приготовился получить по морде.

– Да.

Она притянула меня к себе и поцеловала.

Я никогда не делал этого в стогу. Я думал, нужно залезть на стог сверху и не представлял, как это сделать.

Оказалось из середины стога нужно вытащить немного сена, и она становиться ложем тех, кто пришёл доверить свои тайны именно этому стогу.

Кожа Яны, струилась тёплым шёлком. Грудь была мягкой и ласковой.

Потом мы бродили по берегу и говорили и о звездах и о стихах.