Дубли

– Так она висела? – Спросил Валерка.

– Висела. – Ответил Володя.

– Потрогать можно?

– Потрогайте – ответил Тимошук.

Валерка потрогал сифонофор. Он оставил ощущение абсолютной пластичной крепости. Никакой хлипкости в этом медузоидном образовании не было. Но КОРАЛ это тоже не напоминало, потому, как хрупкость тоже не ощущалась. Валерка взялся за край и слегка потянул вверх.

Сифонофор тяжело оторвался от пола. Но оторвался так, как будто его поднимали со всех сторон.

– Нужно его взвесить и вычислить объем.

– Уже – сказал Володя, и передал Валерке листок с цифрами.

Пока Валерка прикинул, чему может соответствовать удельная масса, Серёга потянул за какой-то «лепесток», сверху, но ближе к центру перевернутого Сифонофора, раздался щелчок и четыре лепестка поднялись вверх, чем-то напомнив двери открывающегося автомобиля.

Валерка вздрогнул и заметил, как все отступили на шаг назад. А Серёга наоборот потянулся вперед, чтобы разглядеть, что же открыли «лепестки».

– Ты на карусели давно катался?

Поскольку все молчали, и никто возмущения поведением Серёги не высказал, Валерка тоже потянулся вперед, и облокотившись на роговую поверхность, заглянул в открывшуюся нишу.

– Бионика – еле слышно, так, что мог услышать только Валерка, сказал Серёга.

– Красота – сказал Валерка громко.

Действительно под «лепестками» располагались углубления, куда вполне мог сесть или даже прилечь человек.

«лепесток» если смотреть на него снизу, имел замутненную матовыми разводами прозрачность.

– Клетки медузы. – Сказал Валерка, как будто размышляя, но на самом деле его слова были обращены к Серёге. Это был ответ на его замечание. Искусственный объект не мог иметь клеток.

Серёга улыбнулся, искоса глянул на Валерку. Что-то потрогал и сказал:

– Огурец. Тепличный огурец.

К тому, что потрогал Серёга, это замечание отношения явно не имело.

Валерка понял Серёгину мысль. Серёга считал, что это выращенный из клеток сифонофора летательный аппарат.

«Вот пижон» – подумал Валерка. – «Ничего не понятно, а этот уже и построил гипотезу и бросился спорить в ее защиту».

Валерка поймал себя на ощущении, что чувствует голод. Ел он часов в десять, перед тем как отправиться в КГБ. Сейчас половина седьмого вечера, а печенье хоть и вкусное, но оно к чаю, а не чтобы нажираться.

Валерка даже удивился таким своим чувствам.

Человечество на пороге больших открытий, а он только о пожрать и думает.