Кузькин отец

***

Принятый закон, в числе прочих, умных и не очень, был принят в государстве КОШЭ. КОШЭ, это, Кем-то Объединенные Штаты Эдемии (SUSA – Somebody Unificated States of Edemia, если по ихнему).

Далеко-далеко, за океаном, находится прекрасная и щедрая земля, на которой живут не менее прекрасные и трудолюбивые люди. Так же как в во всех других уголках планеты, они: рожают и воспитывают детей, выращивают хлеб и еще много чего из того что растет на их щедрой земле, работают на заводах и фабриках и выпускают кучу всяких разных полезных вещей.

На этой земле в один из дней образовалось государство, – КОШЭ и объединило всех живущих там, вместе, хотя, стоит сказать, что они и до этого особо то друг от дружки не бегали и не скрывались. Что из себя представляют КОШЭ, станет более-менее понятно по ходу пересказа случившегося. Если объяснить все и сразу, будет неинтересно.

Это как в случае с женщиной. Гораздо интереснее, когда пола халата как бы случайно, на мгновение распахнулась, чем женщина распахнула халат, сразу и весь. На мгновение станет интересно, а дальше, дальше скука смертная, потому что ничего нового.

***

Открылись двустворчатые двери, в кабинет стали заходить и рассаживаться вдоль стен на специально приготовленные для этого случая стулья, всевозможные референты и помощники тех, кто сидел за столом в ожидании начала заседания, – членов Президиума ЦК.

Разговоры на тему хитросплетений пьянства и семейной жизни в далекой стране сразу же прекратились, потому как легкомысленное настроение навеянное смешным кошистским законом, могло помещать обсуждению и если того потребует ситуация, принятию, можно сказать, судьбоносных решений. Да и Первый вот-вот должен появиться, а он не любит, когда веселятся до того, как… В таких случаях он ругает веселящихся, и не потому что суеверный, суеверным коммунист номер один быть не может по определению, а потому, что придерживается народной мудрости, – сделал дело, гуляй смело.

Первый, он же обладатель множества титулов и званий, перечисление которых займет слишком много времени, появился в кабинете хоть и ожидаемо, но все равно как-то внезапно. Невысокого роста, крепко сбитый, он всем своим видом выражал верность пути однажды выбранного не только им и присутствующими, но и всем народом.