Заложницы

Они точно знали, что им сейчас придется славно поохотиться на этих милашек, которых они порвут на мелкие части, утолив свою жажду.

Гига с трудом сдерживал псов, которые рвались вперед, прямо к добыче.

Девушки медленно подняли головы и посмотрели большими испуганными глазенками на монстров с открытыми пастями и большими зубами, которые так сильно жаждали их крови.

Тело Цезаря было забинтовано и немного кровоточило.

– Тихо, малыши! – ласковым голосом обратился Вахтанг к своим любимым питомцам.

Мужчина подошел к доберманам и нежно потрепал их за пасти, а затем встал между ними.

– Ну что, малыши? – игриво обратился он к псам. Те повернули морды к Вахтангу и по очереди провели головами по его выставленной ладони, давая хозяину понять, что они готовы к охоте.

Вахтанг посмотрел на Михаила и кивнул ему. Тот сразу же достал из кармана свой айфон и, включив видеокамеру, направил ее на девушек и стал их снимать.

– Встаньте, твари! – повелительно произнес Вахтанг, словно он был императором или царем, решавшим судьбу своих подданных.

Девушки медленно поднялись с коленей и посмотрели на Вахтанга.

– Вот мое решение! – громко сказал он, чтобы все его услышали, особенно жертвы похищения. – Даю вам тридцать секунд форы, а затем… – Он специально сделал паузу, как это делают маститые актеры в театре, и добавил: – Эти славные парни… – Он кивнул сначала на Цезаря, а затем на Наполеона и назвал их.

– Нет, пожалуйста, не надо! – начала умолять их блондинка.

– Пожалуйста, не делайте этого! – тихо прокричала ее подруга. – Мама, мамочка, помоги!

– Мы сделаем все, что вы захотите! – с надеждой в голосе проговорила блондинка, вытерев рукой мокрые от слез глаза.

– Тогда, твари, бегите! – грозно выкрикнул Вахтанг, и на его лице появилась безумная улыбка.

– Нет, пожалуйста! – сквозь рыдания выпалила блондинка.

– Бегите, суки! – закричал им Заза и громко свистнул – так свистят, когда кого-нибудь шугают.

Из ступора девушек вывел злобный лай доберманов. Они пустились бежать и направились в противоположную сторону от похитителей в надежде, что сумеют спастись от этого безумия, в которое они угодили по своей глупости.