Теарнская партия

Это надо же – раз за разом вонзать кинжал в мертвеца и даже не замечать этого…

– Вы воочию видели, как король убил Угерна? – спросил герцог Ренарт.

– Нет, я влез в окно чуть позже, – ответил Эрдан. – Боюсь, герцог Угерн невольно занял мое место. Во всяком случае, из того, что успел сказать его величество перед смертью, я делаю именно такой вывод. Его величество перепутал герцога со мной. А меня он хотел убить.

– Кинжалом?

– Очевидно.

– Бред какой-то.

– Увы, других объяснений у меня нет.

– Но как он мог перепутать вас с герцогом Угерном?

– Боюсь, эту тайну его величество унес с собой в могилу, – пожал плечами маршал Эрдан.

– Пусть так, – кивнул герцог Ренарт. – Мне нужна всего минута, чтобы обдумать положение. Вы можете мне ее предоставить?

– Разумеется, герцог, – ответил маршал Эрдан. – Но… не даром, конечно.

– А как же благородство, маршал? – прищурился герцог Ренарт.

– Именно о нем я все это время и думаю, – откликнулся эльф.

– Что ж, в таком случае соглашаюсь, не зная, на что, полагаясь на то, о чем вы только что изволили размышлять, маршал.

– Она ваша, герцог. – Рука маршала Эрдана перевернула песочные часы, стоящие на камине.

– В таком случае пройдите к дверям, заприте их и проследите, чтобы мне никто не мешал.

– Хорошо, – сказал маршал.

Воцарилась тишина. И в тишине этой одна за другой сыпались песчинки, одна за другой стремительно пробегали они по гладкому стеклу… Время уносилось в прошлое – великая и ужасная река, вечно текущая лишь в одном направлении, равнодушная к нашим попыткам что-то удержать, сохранить… хоть крошечку, хоть щепотку, самое важное, самое ценное, самое дорогое… Времени нет дела до наших страстей и стремлений, оно просто есть… здесь и сейчас оно покачивает на своих могучих ладонях два мертвых тела, словно бы взвешивая, пытаясь определить, кто из них чего на самом деле стоил… Точно так же взвешивает оно и живых, здесь и сейчас, – эти двое, их слова и поступки, мысли и желания.

– Ваша минута прошла, герцог.

– Да. – Герцог Ренарт бросил взгляд на королевские песочные часы. – Действительно прошла.

На его лице отразилось безмерное сожаление, словно эта минута была чем-то драгоценным, а теперь навсегда, безнадежно утраченным.