Теарнская партия

 – Да как вы посмели явиться сюда, не выполнив поручения, да еще и денег требовать?! Да вы в ногах у меня валяться должны, умоляя о милосердии!

На какой-то миг Эттон почувствовал себя бесстрашным. Что ему какие-то там маги?! Да он…

Но вспышка монаршего гнева, как в бездну, канула в окружающую непроглядную тьму. Тишина… тишина… тишина… Эттон открыл рот, чтобы продолжить, и не посмел издать ни звука. Тишина казалась осязаемой, вязкой и какой-то жуткой.

Потом раздался тихий звук, тихий, ни на что не похожий.

Когда король Эттон понял, что это, он похолодел. Это смеялись маги. И ничего человеческого в их смехе не было.

– Мы подрядились переправить наемников, ваше величество. Дождаться, когда переправится армия вашего маршала, выждать, пока она схватится с ирнийцами, потом помочь наемникам убивать ни в чем не повинных людей, расправиться с наемниками и вернуться, – вновь заговорил все тот же голос. – Разве наша вина, что ваш маршал оказался куда хитрей, чем вы думали? Он живо обнаружил наемничьи укрытия.

Тогда или даже раньше их обнаружила и разведка короля Илгена. Разве мы виноваты, что ничего из вашего плана не сработало так, как было нужно?!

Тяжелая темная угроза, еще гуще и страшней, чем окружающий мрак, надвинулась на короля Эттона. Со всех сторон надвинулась, сдавила так, что и дыхнуть мочи нет.

– Так почему же мы не должны получить обещанных денег? – прошептала тьма.

– Мы – не ваши подданные, ваше величество, – добавил мрак.

– Я… я понял. Я заплачу! – жалко пролепетал король Эттон.

– Когда? – негромко поинтересовался маг.

– Через… через неделю, – ответил Эттон, с ужасом соображая, что за неделю он вряд ли сумеет наскрести требуемую сумму, даже если вывернет карманы всех своих приспешников.

«А герцоги не дадут. Гады, сволочи, предатели… друзья, называется! А может, герцог Ренарт все-таки…»

– Через неделю, – торопливо повторил король.

– Это слишком долго, – возразила темнота. – Мы не можем столько ждать. За такой срок маги вашей службы безопасности нас отыщут.

Или заделают защиту так, что мы до вас не доберемся. Нет. Не годится.

– Через… пять дней? – прошептал Эттон, раздумывая, что бы такое продать, кого бы такого ограбить…

Темнота молчала.

– Четыре? – упавшим голосом поинтересовался Эттон, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног.

– Три? – жалобно пискнул он, понимая, что ничего за это время не успеет, разве что сбежать куда-нибудь и спрятаться.