Чаша тьмы

– Так, – ответил Мур, и хрустальный шар замерцал.

– Ох! – пробормотал хозяин гостиницы.

– Готово! – сказал посох.

– Ах! – шепнул хозяин гостиницы.

– Отлично, – зевнул Курт, протягивая шар хозяину гостиницы. – Посох… – восхищенно пробормотал тот. – Так Ваша Милость – из магов?

– Из магов, – еще раз зевнул Курт, – из нищих, из менестрелей, из Богов, из дудочников, и я сам уже не помню, из кого…

Хозяин гостиницы вытаращил на Курта уважительно-испуганный взгляд и почти расстелился в поклоне.

«И как это он в коврик не превратился?» – подивился Курт.

Вновь случайно поймав взгляд хозяина гостиницы, Курт вздрогнул. В его глазах он увидел памятник самому себе – из чистого золота, величиной с денгерскую пожарную колокольню и на пьедестале из драгоценных камней.

– Свободен! – вздохнула несчастная жертва последовательного фанатизма, и хозяин гостиницы с поклоном выкатился за дверь.

– Мур, я спать хочу, – жалобно промолвил Курт.

– Так спи, кто тебе мешает? – отозвался посох.

– Ну я же не знаю, что ты еще на сегодня для меня запланировал, – вздохнул Курт.

– Да в общем-то ничего особенного! – хихикнул Мур. – Разве что пару раз мир спасти – так ведь это мелочи!

– Всего-то? Вот хорошо! – зевая, обрадовался Курт. – А ты не знаешь, до завтра мир не потерпит?

– Я только что у него справлялся, – важно проговорил посох, – и у меня есть самая свежая информация на эту тему: он потерпит.

– Как это мило с его стороны… – скидывая одежду и забираясь под одеяло, пробормотал Курт.

На месте великой битвы с гнусным колдуном Курта не оказалось. Зикер и Орден Беглых Магов опоздали. Была уже ночь, и вечные звезды смотрели с небес на землю.

Зикер вздохнул и вытряхнул из кармана свою Башню. Жильцов в ней теперь существенно прибавилось, но на то она и колдовская, чтоб всем хватило места.

– Спать. – приказал Зикер, и Великие Магистры торопливо разошлись по своим комнатам.

Тенгере спал и видел страшный сон. Ему снилось, что он – Эстен Джальн и что он рисует Архимага.

Это было ужасно. Это было омерзительно. Он вырывался и кричал, кричал и вырывался, но невидимые пальцы держали крепко, немыслимо крепко держали… не вырвешься… не выскользнешь… не пустят…

Тенгере знал, что нарисованный Архимаг его съест, но вырваться все равно не смог. Сил не хватило.