Этюд в чернильных тонах

Седые волосы небрежно убраны назад. Голос гортанный. Необычайно бледные глаза горели холодным блеском ненависти. Тонкие губы сжались от недовольства. Она разве что не шипела. Что ж, Юджиния без спроса проникла на ее территорию. Стоило ли винить леди Хельгу в попытке защитить то, что она считает своим?

Миссис Смит выдохнула. Был только один способ снизить напряжение.

– Для меня большая честь познакомиться с вами, леди Пинборо, – вежливо и учтиво произнесла молодая женщина.

– Да неужели? – с вызовом ответила на вежливость хозяйка дома.

Юджиния проигнорировала выпад и продолжила в той же миролюбивой манере:

– Мистер Сарджент очень ценит вас. Всю дорогу только и говорил о том, как обязан вам всем, что у него есть.

Озлобленное недовольство, омрачавшее лицо графини, сошло так же быстро, как и появилось, а его место заняло снисходительное самодовольство.

– В самом деле? – произнесла графиня, вновь расплываясь в улыбке. Она подошла к писателю и положила ему руку на плечо. – Спустя столько лет, ты все еще помнишь?

Писатель немного смутился, взял руку графини в свою и осторожно поцеловал ее.

– Как я могу забыть вашу доброту, леди Хельга?

Графина Пинборо жеманно усмехнулась. В глазах заискрилась нежность.

– Я всего лишь полила семечко. Талант в тебя заложил Создатель, – она погладила его по щеке и, как будто с облегчением выдохнула. – Я рада, что ты снова здесь. Твоя комната готова. Как и кабинет. Располагайся и приходи в столовую. Я распоряжусь, чтобы Бамблби подала закуски.

– Благодарю, графиня! – отсалютовал писатель и размашистыми шагами поспешил к лестнице.

Удивленная таким поведением нанимателя Юджиния опешила, но нашла в себе горсть гордости, чтобы прочистить горло и привлечь, таким образом, внимание к своей персоне.

Мистер Сарджент вздрогнул, остановился и развернулся на каблуках.

– Леди Хельга, – обратился он к графине, – надеюсь, для миссис Смит тоже найдется место в вашем гостеприимном доме?

– Нет, – грубо и резко ответила та.

– Но почему? – искренне удивился писатель, а Юджиния одарила его снисходительным взглядом.

Хельга Оверкаст начала бормотать что-то бессвязное.

– К сожалению, подготовить еще одни апартаменты не представится возможным, – Каббэдж снова пришел на помощь хозяйке. – Вы, правильно сказали, сэр. Дом графини Пинборо славится своим гостеприимством. Еще Шекспир, побывавший в поместье, писал своей жене, что путника в Литтл-Пин-Хаусе ждет приятная компания, сытый ужин и мягкая постель.