Кощеева невеста

Взволнованные и почти ослеплённые, они дошли по сияющей дороге до самого конца, и тут музыка стихла, свет погас – сперва показалось, что стало совсем темно, но вскоре глаза Василисы привыкли к полумраку, и она ахнула, увидев перед собой огромный накрытый стол, который стоял – нет, не посреди залы, а посреди цветущего макового поля. И хоть над головой всё равно был каменный потолок, но по нему резво бежали облака, а нарисованное солнце уже почти село за барельеф.

– Но ведь снаружи уже давно ночь… – Василиса сама не заметила, как выдохнула это вслух.

Мышицы-упырицы снова захихикали и чуть не уронили шлейф. А кто-то из гостей весело и звонко выкрикнул:

– Опять красивых девиц принёс наш князь. А ведь обещал – умных.

Более взрослый басовитый голос возразил:

– Ты, Ардан, на Кощеевых невест зря-то не наговаривай. Смертные оне, и для них тут всё вокруг – диво дивное, чудо чудное.

– Может, и так, дядька Ешэ, – фыркнул тот, кого назвали Арданом, нехотя признавая правоту собеседника.

Кем бы ни был этот тип, но Василисе он уже не нравился.

Она хотела было возразить, но всё её хвалёное остроумие куда-то подевалось от волнения. Да что там, даже остроязыкая Марьяна не нашлась что ответить. И тут заговорил Кощей – его вкрадчивый голос можно было узнать из сотни. Князь говорил тихо, но все вмиг замолчали.

– Добро пожаловать, ненаглядные, – он поднялся, оперевшись на стол, и указал на два места подле себя: по левую и по правую руку.

Василиса только успела задуматься – как им на ту сторону попасть (Не прыгать же через стол в таком наряде? А обходить долго – гостям княжеским конца и края видно не было, и белая лента скатерти казалась бесконечной, как и стоявшие на ней яства.

), как вдруг налетели буйные вихри, закружили маковые лепестки и в одно мгновение ока перенесли невест: Марьяну – на кресло по правую руку от Кощея, а Василису – по левую. Ух и неудобные у князя стулья! Даже сквозь все накидки чувствовалось, какие твёрдые. Нет бы подушку подложить…

Василиса, ёрзая, взялась за подлокотники и ахнула, только теперь разглядев, что кресла невест, как и сам Кощеев трон, были сделаны из человеческих костей.

А без пяти минут супруг, ухмыляясь, наслаждался её смятением.

В отличие от других гостей, разодетых в пух и прах, князь выглядел довольно скромно. К кафтану с волчьим мехом добавился тяжёлый бархатный плащ, а голову венчала резная костяная корона с бляхами чеканного золота – под стать цепи на груди.