Endless Coven. До раскола луны: Липирия

Пока Акефамий плыл по течению улиц Лагрима, он стал искать поводы, чтобы самого себя упрекнуть и его не волновало, что так он вредит только себе. В результате, когда он добрался до места сбора, на нём не было лица и больше он походил не на летория, а на обиженного ребёнка.

– Я думал, что ты уже не придёшь, – сказал люрр, сидевший за столом в момент первой встречи. – Где тебя носило, – произнёс он, встав из-за стола, – почему все должны были тебя ждать?

Акефамий молча смотрел в пол. Он не знал, что ответить руководителю армии и не хотел ничего говорить, но ситуацию спасла Аритория, которая бежала за Акефамием.

Приблизившись к нему, она остановилась и, схватившись за его плечо, произнесла:

– Ты ключ… отдать забыл…, – сказала она на выдохе с большой паузой, стараясь отдышаться.

– Вопросов больше нет, – произнёс люрр. Отдай ключ и возьми снаряжение.

Акефамий поднял взгляд и, обернувшись, увидел Ариторию.

– Акефамий, ты близок к своей цели, к своей мечте, возьми себя в руки. Я не видела своей мечты и не шла к ней. Теперь я провожу дни на работе, которую ненавижу. У тебя есть шанс, которого нет у большинства других липирийцев.

Акефамию была непонятна мотивация Аритории. Она знала его всего один день, и их ничего не связывало, и личный опыт Акефания, в вопросе внезапной доброты, не позволял принимать её слова всерьёз, но они смогли развеять гнетущие мысли.

– Спасибо, – произнёс Акефамий и передал ей ключ.

Она стояла и провожала Акефамия взглядом до места, где стоял люрр и выдавалось снаряжение. Такие резкие и контрастные переходы от одного состояния в другое, вызывали у Аритории вопросы. «А он точно понимает, на что идёт?» – прозвучало у неё в голове, после чего Аритория отправилась обратно.

Акефамий продолжал молчать, но, подходя к люрру, он всё больше понимал, что если отгораживаться и отводить взгляд, когда тебе задаёт вопрос один из руководителей армии, то это не приведёт ни к чему хорошему. Акефамий решил повлиять на сложившуюся ситуацию и после того, как получил снаряжение, обратился к руководителю армии со следующими словами:

– Простите меня, – произнёс Акефамий, чем вызвал недоумение люрра и всех остальных новобранцев с леториями.