Контора изобретений

Прислушавшись к их разговору, Мендельсон понял, что на станции ждут приезда нового заведующего. Никто не знает, как он выглядит, но ходят слухи, что новый зав очень строг. Не терпит никакого разгильдяйства и излишнего бюрократизма. С минуты на минуту ожидается его прибытие. Инкогнито.

В голове у Вольдемара, изучавшего в школе классическую литературу, мгновенно созрел великолепный план. Медлить не стоило. «Yes!» – вскричал обрадованный ценитель классики и, подхватив изобретателя с гробом, кинулся данный план выполнять.

По дороге, посвятив дожевывающего Чертоногова в подробности операции, он заскочил в душевую. Там, повинуясь экспромту и импровизации, Вольдемар переоделся в подручный материал. Подручным материалом оказался какой-то серебристый костюм, напоминающий скафандр космонавта, который был оставлен неосторожным хозяином. Неосторожный хозяин в это время, беззаботно напевая песню на тарабарском языке, принимал душ. Костюм пришёлся почти в пору, правда, в брюках оказалось три штанины, а на пиджаке пять рукавов.

Наскоро замотав ненужные конечности и оставив изобретателя с гробом в зале ожидания, Вольдемар бросился прямиком в отдел выдачи удостоверений, паспортов и иных важных документов.

Пинком отворив дверь отдела по выдаче документов, Вольдемар влетел, как вихрь в ясную погоду, в помещение. «Развели тут, понимаешь, волокиту, – возопил он, – всех уволю!» Служащие испуганно шарахнулись по углам и сусекам, поняв что, настал час возмездия. До них, очевидно, тоже дошли слухи о предполагаемом прибытии нового заведующего станцией и его нелюбви к разного рода проволочкам.

Видя свой успех, Мендельсон уверенно завалился в кресло, услужливо подставленное ему, и продолжил.

– Кто старшой в отделе? – спросил он строго.

– Я-я, – встав по стойке смирно, заикаясь, ответил один из присутствующих.

Мендельсон с ног до головы оглядел руководителя среднего звена и продолжил.

– Это что ж вы делаете, товарищи, до чего докатились, – громогласно произнёс он, обращаясь ко всем служащим и лично к руководителю отдела, – какой бюрократизм развели.

Гипербюрократизм! Да что там, мегабюрократизм!

– Э-э, ме-е, – только и смог возразить старшой в отделе.

– Так больше продолжаться не может, – безапелляционно заявил Вольдемар, краешком сознания припомнив, что отступать ему уже некуда.

– Мы исправимся, – подал голос средний руководитель.

– Н-да? – засомневался глава конторы изобретений, сам в душе бюрократ и головотяп.