Тайны имперской канцелярии

Это был невысокого роста человек, сухой и поджарый, но в то же время  обладающий  весьма незаурядной  внешностью.

Чем-то он напоминал царю горца, разве что ростом был мал, да черты лица явно не подходили.

– Чем могу  служитъ? – спросил советник, склоняя голову в небольшом поклоне.

– Вы можете меня проинформировать о том, что происходит на улице? – так же строго спросил царь.

– Нет, – отвечал ему человек, открыто глядящий прямо в глаза.

– А почему? – удивился царь. – Вы ведь по должности должны это знать.

– Знать-то должен, – отвечал советник, – только вот не знаю, о чем идет речь. Скорее всего, это обычная проходная мольба.

– Что-то не похоже, – усомнился в его словах царь, – слишком уж громко  звучит колокол, да и людей побольше.

– Не знаю, я что-то ничего не замечаю, все как и  обычно, – отвечал тот, подойдя к окну и посмотрев вниз.

– Ну, что ж, коль не знаете, тогда идите и позовите сюда.., – тут царь прервался, но потом продолжил, – ладно, никого не зовите, ступайте.

– Слушаюсь, – ответил советник и удалился из комнаты.

Царь снова остался один. Что-то мешало ему сегодня нормально мыслить, и он никак не мог прийти к какому-либо выводу, отчего это так. Наконец, устав ото всего этого, он решил   присесть на стул. Но, только сев, вспомнил, что ему сегодня не сделали ежедневный осмотр.

– Что бы это могло значить? Может, лекарь заболел? А-а, нет, – вдруг, вспомнил он, – я ведь ему вчера приказал не приходить. Господи, что это сегодня у меня с головой.

– Нет, наверное, я окончательно болен, – тихо прошептал он, чувствуя, как последние силы покидают его самого.

Он в изнеможении остановился и уселся уже на кресло. Почему-то замутило, и к горлу подступила тошнота.

«Не иначе, как переборщил с лекарством», – подумал он, откидывая голову на спинку кресла.

Тошнота немного отступила, но через короткое время возобновилась с новой силой.

Приступ рвоты был такой неожиданный, что он едва успел добежать до своего умывальника.

Освободившись от излишнего в своем организме, царь облегченно вздохнул и, умывшись, прошел к своему традиционно занимаемому месту.

По телу пробегал небольшой озноб, и это создавало чувство необычайного холода, отчего царь, съежившись, сидел на стуле и смотрел в потолок.