По ту сторону космоса

Тело обрело свежесть и даже покрылось  небольшим количеством  зерновых пятен  мокроты. Это была роса свежести.

Тело становилось обычным, но, в то же время, до изнеможения высушенным и  на вид очень бледным.

По сути, это были кожа да  кости, но они могли двигаться и обладали способностью стойкости сопротивления среде внешнего давления.

На восьмой день забилось сердце. Вначале медленно, затем сильнее  и чуть позже  –  чаще, чем обычно. Это был шаг к пробуждению всего организма, сильно потерянного во времени.

В тот же день снаружи начались раскопки. Кто-то усиленно пытался добраться до мощей и изрядно потел при этом, издавая охи, да всхлипы.

Ретфорд открыл глаза.

Голова уже не была такой пустой, как вначале, и он с удивлением обнаружил себя в каком-то замкнутом пространстве.

Мысли усилились при малейшей попытке работы ума, и это вывело тело из состояния онемения.

Оно ожило, хотя внешне и не особо обладало такими качествами. Это был живой труп, пока еще находящийся под  слоем земли, но уже передвигающийся  и способный к исполнению  какого-либо  участка  работы.

Ретфорд  напряг мысли и окунулся в воспоминания. Программа восстановилась.

"Сейчас дойдут, – думал он про себя, – надо приготовиться к встрече".

А снаружи кипела работа. Двое  парней в каких-то серых одеждах хорошо орудовали лопатами, добираясь  к заветной цели.

На дворе стояла ночь. Светила ярко луна, освещая окружающую территорию, а откуда-то сверху  падал  луч фонаря на место самой выработки.

– Что-то долго мы возимся, – сказал один другому, – ты место не перепутал?

– Да нет же, – ответил второй, – вот я днем отмечал, – и он попытался что-то показать.

– Ладно, ладно, давай работай. Потом будем обсуждать.

И они снова дружно взялись за работу. Прошло еще несколько минут. И вот первая лопата заскребла пo крышке сохранившегося гроба.

– Пора, – про себя отметил Ретфорд  и  начал подниматься с  непонятной ему легкостью.

Силы  хватило, чтобы отбросить в сторону крышку   и резко  выпрямиться во весь рост.

От  ужаса  у  бедных  копак  отвалились челюсти, а  тела застыли в мертвом   молчании.

Ретфорд, в трудом рассмотрев их обоих, шагнул вперед  и взобрался пo опущенной небольшой лестнице  наружу.

Тело ломило, словно после каких-то невероятных упражнений.

Боли   особо не чувствовалось, но где-то внутри она уже собиралась.